Xreferat.com » Рефераты по литературе и русскому языку » Материал для сочинения по литературе

Материал для сочинения по литературе

им возможность бежать.

Для Булгакова истинной ценностью оказывается человеческая жизнь. Не идеология, не мифические интересы «общего дела», не политика, а конкретные жизни конкретных мальчишек.

Столкновение двух правд, двух позиций, двух взглядов, которые мы видим в книгах Булгакова и Фадеева, по сути и было, вероятно, одним из самых болезненных противоречий эпохи. Рождается или гибнет человек в огне гражданской войны? Рождается ли новая правда или гибнут старые идеалы? На этот вопрос история дала ответ, показав, что жестокость и бесчеловечность новой власти выросли именно из ее презрения к конкретной обычной человеческой жизни.

Кстати, события в гимназии, когда полковник Малышев распускает дивизион юнкеров, происходят под полотном, изображающим панораму Бородинской битвы и императора Александра на боевом коне перед войсками. Читая роман, ощущаешь: автор не считает, что полковник Малышев изменил идеалам, предал и опорочил честь русского оружия. Наоборот, оказался по-настоящему их достоин.

Своеобразие сюжета и композиции романа «Мастер и Маргарита» (материалы для сочинения). Над своим закатным романом Булгаков работал более двадцати лет – с 1928 года и до конца жизни, хотя завершить редактирование произведения ему так и не удалось. К этой книге у автора было особенное отношение. Перед самой смертью, уже практически не имея сил говорить, он дал жене понять, чтобы она позаботилась о судьбе романа.

Путь этой книги к читателю был долгий. Свыше двадцати лет прошло после его завершения до того дня, когда в 1966 году впервые увидел свет так называемый «журнальный вариант», неполный, жестоко урезанный цензурой. И понадобилось 33 года, чтобы полный текст романа пришел к читателю.

Композиция «закатного» романа Булгакова, вершины его творческого мастерства, сложна и причудлива. В ней словно взаимодействуют два сюжета – созданный Мастером роман о Понтии Пилате и роман его собственной жизни, жизни художника, драматичной и сложной. Причем события «Ершалаимских» глав как бы вкраплены в повествование о событиях жизни Мастера в Москве конца двадцатых – начала тридцатых годов. Таким образом, мы снова видим излюбленный булгаковский прием наложения временных и пространственных планов. Но если в «Белой гвардии» это происходит как бы исподволь, только через детали (звезды, ожившая икона, сны) открываетяс нам пространство Прошлого, Настоящего и Вечности, то в «Мастере и Маргарите» переплетение, наложение временных и пространственных планов является важнейшей сюжетной и композиционной особенностью романа.

Повествование начинается жарким летним днем в Москве, на Патриарших прудах, где происходит встреча крупного чиновника от литературы Михаила Берлиоза и набирающего популярность официально признанного поэта Ивана Бездомного со странным человеком, выдающим себя за иностранного специалиста, который впоследствии оказывается Сатаной. Действие развивается всего четыре дня, но перед читателем разворачивается масса событий, смешных, серьезных, трагичных, страшных, в которых принимает участие 510 действующих лиц – более чем в «Войне и мире» Толстого. События эти происходят и в современной автору Москве, и в Ершалаиме в начале нового тысячелетия, и в фантастическом пространстве четвертого измерения, где собираются гости на весенний бал Сатаны.

Оба плана романа – реальный и мифологический – связаны между собой. Например, «Ершалаимские главы» появляются то как страницы романа Мастера. То как сон поэта Ивана Бездомного, то как рассказ Воланда. Но не только прямыми сюжетными связями соединены «Московские» и «Ершалаимские» главы. Есть и более тонкие, ассоциативные связи и соответствия, например, соответсвия некоторых образов в разных планах повествования. Многие герои реального мира как бы имеют двойников в мифологическом сюжете. Мастер с его спокойной мудростью, нравственной бескомпромиссностью и верой в добро чем-то напоминает Иешуа. Иван Бездомный, ищущий истину и видящий в мастере возможность ее постижения, чем-то похож на Левия Матвея. Одновременно циничный и дипломатичный Берлиоз своим неверием, отсутствием нравственных установок необъяснимо наводит на мысль о первосвященнике Каифе. А все собравшиеся на весенний бал у Сатаны преступники, мошенники, отравители, убийцы, прелюбодеи и предатели чем-то напоминают героев «Московского» сюжета – Лиходеева, Варенуху, Босого, Могарыча, Аннушку и многих других.

Соответствия существуют и в пространственно-временном плане. Например, и в «Московском», и в «Ершалаимском» сюжете действие начинается в среду (встреча писателей с Воландом и арест Иешуа начинаются именно в этот день), а заканчиваются в ночь с субботы на воскресенье (казнь и снятие с креста Иешуа и прощание героев с Москвой). Арбатские переулки чем-то напоминают улочки Ершалаима. Казнь Иешуа и шабаш, на который летит Маргарита, происходят на горе с одинаковым названием – Лысая Гора. Мучительная жара царит в обоих городах, причем передается это ощущение у Булгакова близкими образами: в Москве солнце «разбито на куски», а в Ершалаиме оно «лопнуло». Горячие лучи его одинаково играют и в окнах московских квартир, и в черепице и мозаиках дворца Ирода Великого. И наконец, туча, набухавшая над Ершалаимом, прольется грозовым ливнем над Москвой.

Зачем же автору нужны эти сложные и глубинные связи двух повествовательных планов – мифологического и реального? Эта перекличка, эта неразрывная связь времен позволяет Булгакову, как и в «Белой гвардии», ввести категорию Вечности и говорить о человеческой судьбе не только в контексте современности. Но вести разговор о вечных, непреходящих ценностях бытия.

Глядя на московских жителей, Воланд замечает, что они «люди как люди» и мало изменились за прошедшие века. И вечен в их судьбах сюжет противостояния добра и зла, истины и лжи, низости и благородства, уродства и красоты. Вечны мотивы любви, верности, предательства, прощения, страдания, жертвенности. И каждый человек живет не только «здесь и сейчас», но он существует и в том пространстве Вечности, где сюжет его жизни становится сюжетом общечеловеческой истории, в которой, по мнению автора, неизбежно силы света одерживают верх над тьмой.

Переплетения, единство, соответствия и переклички двупланового сюжета и композиции романа словно становятся одной из форм воплощения нравственно-философской идеи автора – идеи о вечном противостоянии добра и зла и в жизни, и в душе человека и о вечной, неизбежной победе добра.

Нравственно-философская проблематика романа «Мастер и Маргарита» (материалы для сочинения). Роман «Мастер и Маргарита» стал значительным событием в литературной жизни России двадцатого века, и шире – значительным явлением русской духовной жизни.

Булгаков – писатель-философ. О чем бы ни говорил он – о событиях гражданской войны или русской жизни 20-х годов – он всегда словно в подтексте создает ощущение вечности. Своих героев он заставляет не только существовать в напряженных условиях современности, но еще и ставит перед вечными проблемами бытия, заставляя размышлять о смысле и цели существования, об истинных и мнимых ценностях, о законах развития жизни.

«Мастер и Маргарита» – роман-миф. Миф всегда претендует на создание философской картины мира, несет в себе обобщающее начало, стремится к объяснению тех или иных закономерностей бытия.

Каков же нравственно-философский смысл булгаковского романа? В романе по-разному и в разных ситуациях звучат слова о том, что, несмотря на драматизм жизни, главный ее закон состоит в непреложной и обязательной победе света над тьмой. Иешуа пребывает в абсолютной уверенности в том, что все люди – «добрые», и даже получив тяжелый удар от «доброго человека» Марка Крысобоя, он не теряет эту свою уверенность и объясняет его жестокость сложностями и горестями жизни героя. Во время бала Коровьев говорит Маргарите, что «нужно полюбить» даже того, кто не понравится. Прощены в итоге Понтий Пилат и Фрида. Таким образом, любовь и милосердие становятся той осью, на которой держится мир.

С точки зрения Булгакова, в человеке сосуществуют разные начала – духовность и приземленность, способность к состраданию и равнодушие, милосердие и жестокость. Даже толпа в варьете, пораженная «хватательным» инстинктом, способна вдруг ужаснуться кровавому зрелищу расправы над конферансье Жоржем Бенгальским, а потом испытать облегчение и радость за спасенного. И слова Воланда о том, что люди одновременно легкомысленны, корыстолюбивы, испорчены «квартирным вопросом», но способны любить и сострадать, потому что «милосердие иногда стучится в их сердца», становятся собственно концепцией человека в философской системе булгаковского романа-мифа. И в человеке, с точки зрения автора, добро и милосердие должно держать победу над злом.

Эта концепция человека собственно задается с первых страниц романа, когда Берлиоз и Воланд в споре упоминают «старика Канта». Немецкий философ утверждал, что в сознании человека существует «нравственный закон», закон «доброй воли», идея добра. Булгаков считает, что люди порой (и даже чаще, чем хотелось бы) руководствуются сиюминутными соображениями, интересами выгоды, власти, а не высшими интересами справедливости и добра, но все же нравственное начало в итоге одерживает верх в душе человека.

Подтверждение этой идеи – в образах Иешуа и Воланда. Эти герои, традиционно являющиеся антагонистичными, в булгаковском романе не противостоят друг другу как добро и зло.

Безусловно, Иешуа в романе является носителем идеи абсолютного добра. Он верит в светлые начала в людях, способен жалеть и любить даже своих мучителей.

Однако Воланд не является носителем идеи абсолютного зла. На шее он носит знак золотого жука, который в символике древних египтян обозначает зло, порождающее добро. О том же говорит и эпиграф к роману: «Я часть той силы, что вечно хочет зла и вечно совершает благо». Появление Сатаны и его свиты в Москве не становится источником гибельных разрушений для людей, но средством наказания зла и порока и способом разрешения жизненных коллизий многих людей, совершающих путь от зла и страданий к добру, покою, свету.

Добрые начала торжествуют в человеке, даже если он по тем или иным причинам совершил преступление. Принявший безнравственное решение Пилат испытывает тяжелые муки. Бесконечно страдает несчастная Фрида. Маргарита, совершающая погром в квартире критика Латунского, останавливается перед испуганным и плачущим ребенком. Вместо того, чтобы попросить за себя и Мастера. Она просит за несчастную Фриду. И хотя Воланд и собирается копить тряпки и ветошь, чтобы конопатить все щели, в которые проникает добро и милосердие, но сам он тоже становится орудием справедливости и добра, наказывая виноватых и спасая Мастера и его подругу.

Способность к самопожертвованию и добру становится мерилом ценности человеческой личности. Символом абсолютной любви и самопожертвования становится в романе Маргарита. Этот образ не имеет двойника в обоих повествовательных планах, и тем самым Булгаков словно утверждает исключительность личности героини, способной ради любви отказаться не только от благополучного существования, пойти на риск неизвестности, но и продать душу дьяволу, то есть погубить себя. То, что Маргарита просит за Фриду, не может убить ненавистного критика Латунского, готова погубить свою душу ради любви и любимого, делает ее в глазах писателя прекрасным идеалом. Не мелкими, корыстными, сиюминутными соображениями и порывами живет она, но вечными ценностями добра и милосердия.

В философской концепции романа важнейшую роль играют переплетающиеся между собой темы судьбы и творчества. Булгаков утверждает, что судьба, неизбежность, роковая цепь событий в значительной мере определяют путь человека. Однако автор не исключает категории личной ответственности человека за итоги своей жизни, за собственные поступки. Поэт Иван Бездомный находит в себе силы, осознав ничтожность своего таланта, изменить жизнь, отказаться от самолюбивых притязаний и вместо того, чтобы быть плохим поэтом, становится хорошим историком. А поэт Рюхин продолжает мучиться исступленной завистью к Пушкину, тоскливо повторяя: «Повезло, повезло…». Каждый из героев в значительной мере сам выбирает свой путь и несет ответственность за итоги этого выбора.

Понтий Пилат, мучимый сомнениями, все же совершает малодушный поступок и соглашается на казнь Иешуа. Но в мгновение принятия решения его охватывает ощущение мучительной тоски и в мозгу появляется неизвестно откуда странное слово «бессмертие». Герой словно предчувствует вечные муки совести, которые будут суждены ему как расплата за малодушие и нравственный компромисс. Однако в финале герой прощен, и весть эту приносит ему Мастер, создавший роман о Пилате.

Действительно, судьба словно испытывает главного героя романа. Он проходит через мытарства одиночества, нищеты, травли, невостребованности. Страха, но остается верен себе, своей теме, своим нравственным принципам.

Не кривит душой и Иешуа, хотя Пилат намекает ему на возможность избежать мучительной смерти. Так утверждает Булгаков идею нравственной ответственности человека за собственный выбор, идею торжества добра и света.

В финале Мастер и его подруга обретают покой – именно то, что нужно для творчества. Прощен Понтий Пилат. Торжество добра, торжество милосердия и справедливости есть для писателя непреложный закон жизни, которому подчиняются даже силы зла.

Роман «Мастер и Маргарита» долго шел к читателю. Много раз этот путь мог оборваться. Но, как провозгласил сам писатель, «рукописи не горят». Непостижимы порой пути, которыми добро и справедливость все же воцаряются в мире. Но воцарение их неизбежно.


УЧЕБНО-ПЕДАГОГИЧЕСКИЙ КОМПЛЕКС

«ШКОЛА ИНДИВИДУАЛЬНОГО РАЗВИТИЯ №590»


ОЛИМПИАДНАЯ РАБОТА ПО ЛИТЕРАТУРЕ


«…Одна великая цитата»


Размышление над стихотворением

А.А. Ахматовой «Родная земля»


Работа выполнена ученицей

11-а класса Шевченко Натальей


Учитель – Смирнова З.Ю.


Санкт-Петербург


2001

У А.А. Ахматовой есть строчки о том, что вся поэзия есть по сути своей - «…одна великая цитата». Вероятнее всего, эти слова означают, что каждый поэт есть одновременно и читатель, получивший в наследство весь опыт мировой поэзии, начинающий не с чистого листа, а отталкивающийся от того, что было до него.

Каждый пишущий о любви вольно или невольно, осознанно или неосознанно отражает, что до него об этом писали и Данте, и Петрарка, и Шекспир, и Пушкин. Даже дерзкие футуристы, предлагавшие «сбросить классику с парохода современности», собственно признавали существование до них определенного творческого опыта, пусть это признание выразилось не в следовании традициям, а в отказе от них.

С точки зрения Ахматовой, поэзия есть не только открытие мира, но и своеобразный диалог с теми предшественниками и современниками, которых автор избирает в «собеседники». Сама она в поэзии вела постоянный диалог с Шекспиром, Данте, в разное время ее собеседниками становились Блок, Пастернак, Мандельштам, Цветаева.

Вообще о роли цитаты в ее творчестве очень много писали исследователи. Приведем лишь один пример того, как в стихах Ахматовой «вылущенная» цитата рождает глубокий смысл. В поэме «Реквием», повествующей о сталинских репрессиях, бывших для нее не только общенародной, но и глубоко личной трагедией, есть главка «К смерти», где автор, призывая смерть, называет образы, в которых может прийти гибель к ее современнику. Среди этих образов болезни, бандитского налета, ареста есть один не совсем понятный – «…ворвись отравленным снарядом». С самого начала возникают ассоциации с бомбежками, но, вдумавшись, понимаешь, что поэма была написана в 1937 – 1940 годах, еще до страшных бомбовых налетов фашистской авиации на российские города. К тому же если толковать этот образ в контексте бомбежек, то остается непонятным, почему же снаряд у Ахматовой, которая всегда добивалась предельной точности слова и образа, – «отравленный». Ответ на этот вопрос я прочитала в книге поэта, переводчика А. Г. Наймана, прекрасно знавшего Ахматову и глубоко понимавшего ее творчество. Он разъяснил эту строчку, связав ее с шекспировским образом «отравленный снаряд клеветы». В контексте эпохи слова обретают страшный смысл: они связываются с явлением клеветнических доносов, которые погубили многих. Таким образом, когда мы находим и объясняем цитату в стихах Ахматовой, мы тем самым расширяем и углубляем понимание произведения.

Обратимся к стихотворению «Родная земля» из сборника «Седьмая книга». Это одно из «закатных» произведений Ахматовой, написанное в 1961 году в послеинфарктной больничной палате и опубликованное в 1963 году в «Новом мире» после долгого вынужденного молчания. В сборниках эти стихи соседствуют с «Петербургом в 1913 году» и «Царскосельской одой» - стихами, в которых автор словно возвращается к давним воспоминаниям, к прошлому. Само же стихотворение, безусловно, мастерски сделанное, все же сначала было мною воспринято именно как «сделанное» – патриотические строчки для публикации, чтобы пробить «заговор молчания» вокруг автора.

Среди писателей эпохи 50-80 годов существовало достаточно циничное понятие «паровоз» - «верноподданическое» произведение героико-патриотической тематики, которое прокладывало автору путь в печать и позволяло публиковать другое – настоящее. Это понятие было рождено временем с его жесткими цензурными запретами и «политизированным», идеологизированным подходом к искусству.

Безусловно, Ахматова не только творчеством, но и самой судьбой своей доказала истинность и глубину собственного патриотического чувства, но сама тема патриотизма в ту эпоху звучала верноподданически. Начиная с Маяковского, в официальной советской поэзии чувство Родины было заменено классовым чувством, патриотизм словно подменялся идеологией, патриотом считался только тот, кто шел в ногу с властью. Любые идейные разногласия, любая конфронтация, противостояние власти расценивались как антипатриотичные /вспомним, что «излюбленным» обвинением в эпоху репрессий было обвинение в работе на иностранные разведки, в шпионаже в пользу зарубежных государств, в измене Родине/.

Итак, неужели все-таки это стихотворение – своего рода компромисс с собой, дань времени? Перечитаем внимательно.

Эпиграф к «Родной земле» словно возвращает к прошлому.


И в мире нет людей бесслезней,

Надменнее и проще нас.


Он взят Ахматовой из3собственого стихотворения 1922 года «Не с теми я, кто бросил землю…». Стихи эти о трагедии Родины и целого поколения ахматовских современников, объединенных с нею общностью судьбы. Эта тема возникает в ее творчестве начиная с 1917 года, когда написано стихотворение «Мне голос был. Он звал утешно…». Голос, ласковый и успокоительный, обещал спасение от жестокого настоящего, от страшных воспоминаний, от крови и боли. Но его слова лирическая героиня Ахматовой называет «речью недостойной», оскверняющей «скорбный дух», от них «равнодушно и спокойно» замыкает она свой слух. Действительно, такой человек, как Ахматова, истинно русская женщина и христианка, не могла покинуть Россию в годину испытаний, не могла уйти от предначертанных ее народу страданий, не разделив общую со страной беду.

В стихотворении 1922 года, из которого непосредственно и взят эпиграф к «Родной земле», она пишет еще более выразительно и жестко: «Не с теми я, кто бросил землю на растерзание врагам». Судьба этих людей, изгнанников, ей жалка, словно судьба заключенных и больных, ибо чужая дорога темна, а чужой хлеб «полынью пахнет». И ее собственная жизнь «в чаду пожара» кажется ей благороднее и выше. Об этой жизни она скажет с горькой и страшной простотой: «Мы ни единого удара не отклонили от себя». Впервые в жизни в этом стихотворении Ахматова говорила не от своего имени, а от имени целого поколения, создавая его характер, сформировавшийся в атмосфере исторической трагедии:


И знаем, что в оценке поздней

Оправдан будет каждый час…

Но в мире нет людей бесслезней,

Надменнее и проще нас.


Это ахматовское «мы», ее характеристика поколения, выстрадавшего свою надменность, замкнутость и гордую простоту, вынесшего без слез и жалоб все испытания, выпавшие на его долю, стало своеобразным поэтическим памятником людям – ее современникам и единомышленникам.

Таким образом, автоцитата – эпиграф к стихотворению – выводит его из разряда безусловно талантливых, но дежурно-патриотических стихов на совершенно иной уровень. Патриотическое стихотворение обретает совсем иной идейно-нравственный контекст и по сути противопоставляет официальному патриотизму – патриотизм, не имеющему ничего общего с идеологией.

При таком понимании стихотворения, на которое настраивает эпиграф, особую выразительность приобретают первые восемь строк, где Ахматова выбирает своеобразную форму изображения патриотического чувства – «утверждение через отрицание»:


В заветных ладанках не носим на груди,

О ней стихи навзрыд не сочиняем,

Наш горький сон она не бередит,

Не кажется обетованным раем.

Не делаем ее в душе своей

Предметом купли и продажи,

Сгорая, бедствуя, немотствуя на ней,

О ней не вспоминаем даже.


Все отрицаемые действия: носить на груди горсть родной земли, сочинять о ней стихи, и не как-нибудь, а «навзрыд», с избыточной эмоциональностью, думать бессонными ночами, провозглашать ее «обетованным раем» – слишком эмоциональны, причем это не внутренняя эмоциональность, которая единственно правдива, а эмоциональность внешняя, демонстративная, «чтобы заметили». Именно поэтому все действия и проявления подобного рода Ахматовой отрицаются – ведь в любви к Родине тех людей, от имени которых говорит поэтесса, нет ничего демонстративного, они не афишируют свое чувство.

Эти восемь строк написаны разностопным ямбом – от четырех- до шестистопного, дыхание стиха мерное и спокойное, а на девятой строчке происходит явный ритмический сбой: ямб сменяется четырехстопным амфибрахием. Смена ритма связана с резкой сменой темы: поэт переходит от отрицания к утверждению.


Да, для нас это грязь на калошах,

Да, для нас это хруст на зубах.

И мы мелем, и месим, и крошим

Тот ни в чем не замешанный прах.


Дважды настойчиво повторенное «да» делает это утверждение особенно эмоциональным. Два образа, обыденные, лишенные всяческой красивости, – «грязь на калошах» и «хруст на зубах» - являются внутренней антитезой возвышенным образам первого восьмистишия. Эти образы, объединяющиеся общей темой «земля», по ассоциации рождают ощущение пути, которое усиливается следующей строчкой: «И мы мелем, и месим, и крошим». Повторяющиеся звуки создают эффект медленного, монотонного, усталого, тяжелого движения толпы – может быть, ссыльных?

«Каторжная» ассоциация усиливается за счет того, что строчка сама по себе является скрытой цитатой из О.Э. Мандельштама – из стихотворения «Аравийское месиво, крошево…», входящего в цикл «Стихи о Неизвестном солдате», написанный в 1937 году. Эти стихи посвящаются памяти павших и их символу – Неизвестному солдату, память которого была впервые увековечена в Париже после первой мировой войны.

Погибших поэт называет «миллионы убитых задешево». Он словно говорит об «оптовой смерти», массовой смерти. Поражает страшный диссонанс между понятием «смерть», составляющим одну из самых мрачных и величественных тайн мироздания, и таким обыденным, бытовым, торговым, разговорным словечком «задешево». Это невозможное сочетание порождает страшный эффект, воплощенный в циничном афоризме: «Гибель одного человека – это трагедия, гибель миллионов – это статистика».

Массовая смерть людей, которые стали заложниками политических игр, экономических интересов, государственных амбиций… Символ погибших – Неизвестный солдат - в стихотворении Мандельштама предстает не как парадный символ, а как нечто мрачное, страшное, уродливое:


…За воронки, за насыпи, осыпи,

По которым он медлил и мглил.

Развороченных – пасмурный, оспенный

И приниженный гений могил.


Стихотворение Мандельштама посвящено жертвам войн и в частности первой мировой. В восьмом, последнем стихотворении цикла словно раздается солдатский шепот, звучит хор мертвецов


Я рожден в девяносто четвертом,

Я рожден в девяносто втором.


По сути это хор жертв войны, голоса тех, кто погиб, не дожив даже до тридцати. Но дата под стихотворением Мандельштама – 1937 – рождает иные и неизбежные для нашей памяти ассоциации о жертвах репрессий. Ведь смерть в лагерях – это еще один пример той самой массовой, «оптовой», «статистической» смерти, которая постигла и самого автора стихов.

Таким образом, скрытая, словно зашифрованная в стихотворении Ахматовой цитата из Мандельштама объединяет «мы» эпиграфа и первого восьмистишия с жертвами войн и репрессий.

В связи с этим особое звучание обретают слова «тот ни в чем не замешанный прах». Это, если можно так выразиться, страшная игра словами. В русском языке есть два созвучных причастия - «замешенный» и «замешанный», различающиеся по смыслу и обозначающие соответственно «разведенный» /о тесте/ и «виноватый». Различаются они и по сочетанию с предлогами: «замешенный на чем-то» и «замешанный в чем-то».

Слово «прах» имеет два значения – «пыль», «сухая земля» и «останки мертвых». В стихотворении словно происходит взаимное наложение двух смыслов: земля как прах, останки погибших, ни на чем не замешенный, ни с чем не смешанный, а сами эти погибшие – невинные, ни в чем не замешанные, «без вины виноватые».

Родная земля в стихотворении Ахматовой дорога еще и тем, что в ней покоятся «невинно убиенные» люди общей с автором судьбы. Об этом и говорят последние строчки:


Но ложимся в нее и становимся ею,

Оттого и зовем так свободно – своею.


Это действительно страшное родство, скрепленное смертью. Родство с людьми своего поколения, своей судьбы, о чем и было заявлено в эпиграфе.

Таким образом, в этом трагическом, горьком, пронзительном и мужественном стихотворении две цитаты – из собственного раннего творчества и из творчества близкого Ахматовой по духу и судьбе поэта-современника О. Мандельштама – словно раздвигают, обогащают смысл. Без понимания этих цитат стихотворение воспринималось бы менее остро. Но в их контексте оно становится актом гражданского мужества – мужества человека и поэта, который жизнью и творчеством утвердил право на собственное понимание истории, патриотизма, жизни.


СРЕДНЯЯ ОБЩЕОБРАЗОВАТЕЛЬНАЯ ШКОЛА №590


ОЛИМПИАДНАЯ РАБОТА ПО ЛИТЕРАТУРЕ


ТЕМА ВЕРЫ И НЕВЕРИЯ В РАССКАЗАХ В.М. ШУКШИНА


(по рассказам «Верую», «Сапожки», «Крепкий мужик», «Мастер»)


Работа выполнена ученицей

11-а класса Голубковой Ольгой


Учитель – Смирнова З.Ю.


Санкт-Петербург


2002

В. Шукшин - замечательный советский писатель, посвятивший свое творчество теме русского народа. Его героями могли быть кто угодно – крестьянин, рабочий, городской или сельский интеллигент, пьяница, студент, шальной мальчишка. Он рассматривал человека в разных планах, пытаясь понять, что движет им в жизни.

Громадное внимание уделял Шукшин проблеме веры и неверия человека.

Герой Шукшина – человек шестидесятых – семидесятых годов ХХ века, воспитанный в атеистическом обществе и не имевший никаких религиозных представлений. Однако потребность в вере заложена в каждом. К этому выводу автор и пытается привести читателя.

Главного героя рассказа “Верую” – Максима Ярикова - постоянно мучает “нутряная, едкая” тоска. Причем сам Шукшин сравнивает ее с совершенно отвратительной бабой. ”Максим физически чувствовал ее: как если бы неопрятная, не совсем здоровая баба, бессовестная, с тяжелым запахом изо рта, обшаривала его всего руками – ласкала и тянулась поцеловать”. Таким развернутым, сложным сравнением Шукшин показывает всю мучительность и тяжесть переживаний Максима, когда состояние души изображается через вызывающие брезгливость физиологические ощущения.

Что же вызывает тоску?

На этот вопрос автор пытается дать ответ, познакомив Ярикова с попом.

Почему же неверующий человек ищет успокоения в общении со священником? Да потому, наверное, что в нем на генетическом уровне, от предков, заложена идея веры, когда в храме человек находил ответы на многие мучившие его вопросы.

Интересно, что Шукшин называет своего священника «попом», используя стилистически «сниженное», разговорное слово.

Действительно, шукшинский «поп» не укладывается в образ классического церковного служителя: он физически скорее похож на грузчика или тяжеловеса, любит выпить рюмку – другую, говорит грубоватые речи, может полезть в драку и не даст себя в обиду: ”Если мне кто-нибудь в этом великолепном соревновании сделает бяку в виде подножки, я поднимусь и дам в рыло. Никаких

Если Вам нужна помощь с академической работой (курсовая, контрольная, диплом, реферат и т.д.), обратитесь к нашим специалистам. Более 90000 специалистов готовы Вам помочь.
Бесплатные корректировки и доработки. Бесплатная оценка стоимости работы.

Поможем написать работу на аналогичную тему

Получить выполненную работу или консультацию специалиста по вашему учебному проекту
Нужна помощь в написании работы?
Мы - биржа профессиональных авторов (преподавателей и доцентов вузов). Пишем статьи РИНЦ, ВАК, Scopus. Помогаем в публикации. Правки вносим бесплатно.

Похожие рефераты: