Xreferat.com » Рефераты по философии » Основы философских знаний

Основы философских знаний

всё изменяется"; "На огонь обменива­ется всё и огонь — на всё, как на золото — товары и на товары — золото" (огонь Гераклит считал первоосновой бытия, как наиболее активную, дея­тельную стихию); "Мудрость состоит в том, чтобы, прислушиваясь к приро­де, поступать с ней сообразно"; "Невозможно в одну и ту же реку войти два­жды"; "Не знающий болезни не ценит здоровье; не знающий зла не ценит добро".

Диалоги Сократа

Особое место в ряду античных мыслителей занимает фигура Сократа. Его внешность была обманчива; при первом знакомстве его даже можно было принять за бродягу. Но стоило только послушать Сократа хотя бы пять минут, как сразу становилось ясно, что перед тобой незаурядная личность. Сократ не любил писать; его творче­ство было устным, а его слушателями чаще всего были простые люди на ули­цах и площадях Афин. Хотя нередко молодые философы специально искали встреч с ним, чтобы поучиться у него искусству диалектики. Чаще всех среди почитателей Сократа можно было заметить Платона, считавшего себя его учеником. Именно благодаря записям, которые старательно вёл Платон, твор­чество Сократа сохранилось для потомков.

Сократ своеобразно объяснял наличие злых поступков людей: люди творят зло потому, что не умеют различать добро и зло; следовательно, их нужно научить этому.

Метод обучения включал в себя два этапа: "иронию" и "майевтику". Беседуя с человеком на какие-либо этические темы (мужество, справедли­вость, свобода и т.п.), Сократ радом хитроумных вопросов показывает неве­жество собеседника в обсуждаемом предмете. Цель Сократа — привести оп­понента к противоречию с самим собой, после чего обычно следовало сму­щённое признание: "Как это получается, Сократ, — до беседы с тобой я счи­тал, что знаю, а теперь вижу, что не знаю". В этом и заключался смысл сокра­товской "иронии".

Далее вступал в действие метод "майевтики" (повивального искусства). Сократ любил напоминать о профессии своей матери, которая была акушер­кой: как и она, Сократ помогал рождению, но не ребёнка, а истинного поня­тия в голове слушателя. Если начальные вопросы философа носили разруши­тельный характер, то теперь новыми и не менее остроумными вопросами он начинает созидать, помогая собеседнику прийти к правильному пониманию предмета.

Казалось бы, Сократ должен был раздражать людей своим превосход­ством в мышлении, но этого не происходило. Он подчёркивал: "Я знаю, что ничего не знаю", имея в виду, что разрешение какого-либо вопроса ставит ещё больше новых вопросов; процесс познания бесконечен. Но при этом лю­бил добавлять: "Многие же и этого не знают".

Смерть Сократа

Однако Сократ сильно раздражал вельмож, которым очень не нравилась его резкая критика в адрес властей, а также то, что молодёжь больше слушала Сократа, нежели государст­венных чиновников. В конце концов над ним был устроен публичный суд, а точнее — судилище, который приговорил философа к смертной казни с фор­мулировкой: "За неуважение к богам, и за развращение молодёжи" (разумеет­ся, в духовном смысле). Это был, пожалуй, первый случай в истории, когда известного мыслителя казнили за инакомыслие. Обратим внимание также на расплывчатость, абстрактность обвинительной формулировки, от которой было трудно защититься.

Однако смерть философа примечательна не только этим. Легенда гла­сит, что накануне казни к нему пробрались его ученики, и предложили побег на корабле, который уже ждал в порту. И семидесятилетний философ отка­зался. "Я слишком уважаю закон, чтобы бежать, — ответил Сократ. — Мой побег даст дурной пример молодёжи, и я действительно развращу её". Опеча­ленные ученики провели с учителем в беседах последнюю ночь, а утром он публично принял чашу с ядом.

Можно сказать, что с этого мужественного поступка философа начина­ется европейское цивилизованное отношение к законам государства. Да, Со­крат был осужден несправедливо, но он был осужден по закону, одинаковому для всех. "Закон суров, но он — Закон", — выразят позже эту мысль римляне.

Греки о душе

Греческие философы по-разному представляли себе душу человека. Наиболее обстоятельно учение о душе изложено у Платона. Он, в отличие от Аристотеля, считал душу бессмертной и неизменной. Аристотель же не только считал её смертной, но и полагал, что качество души полностью зависит от состояния тела или его частей.

Платон представлял образно душу в виде колесницы, запряженной па­рой коней. Возница, управляющий колесницей, это разум. Один из коней олицетворяет мужественность, эмоциональность; другой конь — чувствен­ность, вожделенность. Первый стремится ввысь, к миру эйдосов (идей); второй же устремлен вниз, к земле. Те души, которые попали в мир идей, полу­чают возможность созерцать идеи, наслаждаться их совершенством. Но пе­рейдя затем в смертное человеческое тело, они как бы "забывают" то, что знали об идеях. Однако душа может "вспомнить" это знание; помочь этому должен мудрый наставник, учитель. Поэтому теория познания, разработанная Платоном, получила название "теория воспоминания".

Используя эти представления своего учителя, Аристотель "приземляет" душу, связывая её с определёнными частями тела. Он считает, что душа со­стоит из трёх частей: разумной, эмоциональной и растительной. Разумная часть души пребывает в голове (греки ещё не знали функций головного мозга; аргументация Аристотеля иная — самой совершенной части души должна со­ответствовать самая совершенная форма, голова же — круглая!). Эмоцио­нальная душа находится в сердце. Растительная же — ниже диафрагмы.

Люди с преобладанием разумной души мудры и дальновидны; с доми­нированием эмоциональной — мужественны и выносливы; с преимуществен­но растительной душой — трудолюбивы и покорны. Ниже мы увидим, что эти представления легли в основу теории совершенного государства, разрабо­танной Платоном.

Идеальное государство Платона

Платон, как и многие другие философы, был неудовлетворён существующим устройством государственной жизни. Главным его недостатком он считал то, что слишком многие люди занимаются не тем, к чему наиболее предрасположена их душа. Идеальным было бы такое го­сударство, утверждал он, в котором бы граждане с разумной душой (он назы­вает их философами) управляли; люди с эмоциональней душой — были стражниками (воинами); а обладатели растительной души были бы ремес­ленниками и крестьянами, то есть производили материальные блага.

Родители, полагал Платон, неправильно воспитывают своих детей: учат их заботиться в первую очередь о самих себе. Тогда как на первом месте у гражданина должны быть интересы государства. Поэтому Платон предлагал помещать детей в интернаты, где специально подготовленные учителя воспи­тывали бы их в правильном духе.

Стражников Платон советовал содержать в крепостях на полном госу­дарственном обеспечении, где бы они получали необходимое образование и обучались военному искусству. А чтобы ничто не отвлекало их от "наведения порядка" в случае необходимости, и защиты от внешних врагов, воинам не следовало обзаводиться семьей; "временных жен" им бы подбирали по указа­ниям правителей.

Правителей же, чтобы они не злоупотребляли властью и не склонялись к взяткам, Платон предлагает обеспечить за счёт государства всем, чего они захотят, чтобы они ни в чём не нуждались и не испытывали соблазна.

Не будем забывать, что эти рассуждения философа относятся к време­нам более чем двухтысячелетней давности, когда господствовали рабовла­дельческие отношения. У современного человека сразу же возникает масса вопросов к автору "идеальной" системы государства. Например, кто именно и как будет определять "качество души" у каждого отдельного гражданина? Согласятся ли люди расставаться со своими детьми на многие годы? Разве не ущемляет права человека запрет обзаводиться семьей? Не похоже ли "полное обеспечение" правителей на одну большую взятку от государства, чтобы они не брали "маленьких" взяток?

Однако отдадим должное философу: он нарисовал модель обществен­ного устройства, к которой уже не раз приближались, или хотели приблизить­ся, отдельные политические режимы в истории человечества. Заметим также, что платоновская концепция взаимоотношений гражданина и государства ма­ло чем отличается от позиции Конфуция: интересы государства выше интере­сов личности; государство — цель, человек - средство. Этот принцип в об­щественном сознании европейцев начнёт постепенно меняться на противопо­ложный, как мы увидим ниже, лишь в эпоху Возрождения.

Логика Аристотеля

Аристотель — самая крупная фигура в античной философии. Его не зря называют "Александром Македонским греческой философии" (кстати, в молодости Ари­стотель в течение трёх лет преподавал юному Александру философию и другие науки). Благодаря Аристотелю сохранились основные идеи его предшест­венников, так как он начинал всё свои произведения с подробного рассмотре­ния истории вопроса, явившись, по сути, основоположником этой академиче­ской традиции. Нет ни одной области античного знания, в которой бы Ари­стотель не оставил заметного, яркого следа. Но наибольшего успеха он до­бился в исследованиях форм мышления.

Как образуются понятия о вещах, и какого вида они бывают? Каким образом понятия связываются в суждения (высказывания), и как последние классифицируются? Какими бывают фигуры силлогизмов (умозаключений), с помощью которых из двух суждений делается вывод? Каким путём идёт мышление, строя доказательство?

Эти и другие вопросы были тщательно исследованы философом, су­мевшим сконцентрировать в своих произведениях весь опыт античной науки в отношении мышления и познания. Можно с полным правом сказать, что ло­гика, как наука, началась именно с Аристотеля.

Римская философия

Культура Римской империи, хронологические рамки которой охватывают период примерно со II в. до н.э. до V в. н.э., явилась передаточным звеном между культурой Вос­тока и Греции — с одной стороны, и культурой Западной Европы — с другой. Рим не оставил после себя сколько-нибудь крупных имён в философии, срав­нимых по масштабу с Демокритом, Платоном или Аристотелем, Римские фи­лософы в большинстве случаев заимствовали идеи покорённых народов, пре­жде всего Греции, мало что добавляя своего, оригинального. Римляне больше преуспели в разработке теории и практики государственного права, которое с тех пор признано классическим. Учитывая сказанное, ограничимся лишь краткой характеристикой римской философии.

Основной своей задачей философы Рима (Лукреций Кар, Сенека, Марк Аврелий, Секст Эмпирик и др.) считали не изучение сущности вещей, а про­блему высшего блага, счастья, выработки правил жизни.

Одни из них полагали, что источником всех благ являются телесные наслаждения, стремление к которым — высшая цель существования челове­ка; стержень жизни — принцип удовольствия (эпикурейцы).

Другие видели цель жизни в пассивном согласии с миром (стоики). Этический идеал стоиков — мудрец, достигший невозмутимости духа и бесстрастия (апатии): не радоваться тому, что вызывает наслаждение у обычных людей, и не испытывать страданий от всего того, чего они страшатся, а спо­койно следовать судьбе. "Человеческая жизнь, — писал, например, Марк Ав­релий, — странствие по чужбине; её сущность — течение в никуда; ощуще­ние — смутно; судьба — загадочна; тело — бренно; душа — неустойчива; слова — обманчивы; проживи жизнь и расстанься с нею легко, как падает со­зревшая слива с благодарностью к дереву".

Третьи, напротив, вообще отрицали возможность достоверного знания и утверждали, что нравственные нормы выдуманы хитрецами для собствен­ного удобства; поэтому каждый имеет право на "свою" мораль (скептики).

По мере того, как Римская империя приближалась к своему закату, в учениях ев философов всё больше стало наблюдаться признаков упадка духа и мистики.


Глава 4. ФИЛОСОФИЯ СРЕДНИХ ВЕКОВ И ЭПОХИ ВОЗРОЖДЕНИЯ

Средние века принято отсчитывать, начиная с V в. н.э., то есть со вре­мени упадка Римской империи, и до XVII в. Последние два столетия из этого большого промежутка — эпоха Возрождения, или Ренессанс. Распаду импе­рии предшествовали интересные события, связанные с религией.

Европа и христианство

Собственная религия Рима была языческой. Когда в Иудее возникло христианство и христианские секты начали множиться, особенно среди рабов и плебеев, Рим безжалостно преследовал их, вплоть до смертной казни членов этих сект. Даже когда отдельные представители самой римской знати увлекались новой религией, власти не снижали планки жестокости. Но угроза развала империи заставила' римских императоров изменить отношение; христианство было объявлено в IV в. н.э. Константином Великим государственной религией Ри­ма в надежде, что оно сыграет объединяющую, цементирующую роль. Одна­ко это не спасло империю, а христианство за относительно короткое время покорило Европу и обрело большую политическую силу. Долгое время власть кардиналов в странах Европы была выше светской (государственной) власти. Восшествие на престол считалось фактом, только если Римский Папа благо­словил государя на это поприще (лишь Наполеону удалось поломать эту тра­дицию). Ключевые посты во всех сферах жизни общества занимали богосло­вы. Они же чаще всего были самыми образованными людьми своего времени.

Схоластика

Церковь полностью контролировала систему образования. Всё это прямым образом сказалось на развитии философии. Во-первых, большинство средневековых философов являлись одновременно богословами или монахами. Философская мысль могла существовать только как богословская мысль, всякий философский во­прос мог обрести права гражданства только при условии, если он увязывался с той или иной религиозной проблемой. Одним словом, философия стала "служанкой богословия". Это не значит, что её развитие прекратилось. Ведь композиторы, поэты и скульпторы тех времён тоже творили по заказу и под контролем церкви, что вовсе не умаляет значимости их произведений.

И всё же, во-вторых, философия неизбежно становилась схоластиче­ской, формальной, далёкой от реальных проблем жизни. Лучшие искания и идеи античных философов были почти забыты, а из учений Платона и Ари­стотеля было взято лишь то, что не расходилось с церковными догматами. Основное занятие схоластов — формально-логическая интерпретация тек­стов, которая чаще всего превращалась в бессодержательное умствование, в пустую словесную игру, злоупотребляющую тем, что одни и те же слова имеют разные смыслы.

Номинализм и реализм

Однако среди пустых дискуссий иногда встречались проблемы, которые так или иначе имели прямую связь с философией. Примером могут служить многолетние споры между "реалистами" и "номиналистами". Внешне они выглядели как дискус­сия о правильном толковании "троичности" Бога (Бог — отец; Бог — сын; Бог — дух святой) и "единства" Бога в этих трёх ипостасях. В действительно­сти же это был спор о взаимоотношении категорий "общее" и "единичное".

Номиналисты утверждали, что объективно существуют только отдель­ные, единичные вещи, которые мы ощущаем. Общее же существует лишь в форме понятия о вещах, то есть только в нашей голове, субъективно. Скажем, существуют отдельные люди, но "человек вообще" реально не существует, а только мыслится.

Реалисты же полагали, что общее существует в действительности на­ряду с единичными вещами, или в них самих, а не только в форме понятия. Данное противопоставление вытекало из формального, недиалектиче­ского (такой способ мышления называют метафизическим) подхода к катего­риям. Объективно существующая вещь, как особенное, содержит в себе, неза­висимо от нашего мышления, оба момента — и общее, и единичное. У каждо­го человека есть свойства, роднящие его со всеми другими людьми (общее); и у каждого есть черты, отличающие его от всех других людей (единичное). И то, и другое существует объективно в единстве. Это единство как раз и явля­ется условием бытия каждой вещи.

Теоцентризм средневековой философии

Термин "теология" переводится как "учение о Боге (теос — Бог; логос — учение). Центральной своей задачей философы средневековья считали поиск убедительных доказательств существования Бога. Церковь относилась к этим поискам довольно сдержанно. С одной стороны, она не противилась исследованиям в этом направлении, считая их богоугодным де­дом. С другой же — хорошо понимала, что сам факт отыскания доказательств говорит об определённых сомнениях: люди вряд ли нуждаются в дополни­тельных аргументах, если их вера безусловна и крепка.

Одно из доказательств, ставшее знаменитым, и получившее название онтологическое доказательство бытия Бога", привёл в XI в. философ Ансельм Кентерберийский. Суть его в следующем.

Ансельм за аксиому принимает тезис: "Бог есть совершенство". Суще­ствование же входит, наряду с другими качествами, в понятие "совершенст­во" по определению, ибо если нечто не существует, то назвать его совершен­ным уже нельзя; не все необходимые для этого качества наличествуют. Сле­довательно, Бог существует.

Это доказательство построено на дедуктивном выводе (движение мыс­ли от общего — к частному), оперирующем чистыми "универсалиями" (поня­тиями). В конечном счёте это напоминает словесную эквилибристику, и уже некоторые современники Ансельма это понимали. С таким же успехом, на­пример, можно доказать существование "совершенного человека", понятие о котором есть в нашем уме.

Разум и откровение

Другим путем пошел самый крупный средневековый философ — Фома Аквинский, живший в XIII в. Фома разграничивает области философии и теологии: предме­том первой являются "истины разума", к которым человек приходит путём логического рассуждения и опыта; предмет же второй — "истины открове­ния", доступные через божественное озарение, и не иначе.

Истины откровения иррациональны, то есть не могут быть логически обоснованными. Истины разума — это знания; истины откровения — вера. При этом вторые выше первых. Богословские истины "сверхразумны", но не "противоразумны". Поэтому Фома не только допускает поддержку со сторо­ны разума в укреплении веры, но и сам приводит доказательства существова­ния Бога.

Однако в отличие от Ансельма Фома ищет их не в логическом "жонг­лировании" универсалиями, а в самом действительном мире, как в творении Бога. Его идея проста: если Бог сотворил мир, а это так, то в самом этом мире можно найти доказательства существования Творца (подобно тому, как глядя на табуретку, мы догадываемся о существовании мастера, который её изгото­вил).

Доказательства Фомы Аквинского

Фома приводит пять доказательств. Рассмотрим их по порядку.

Первое из них основывается на понятии "движение". Всякая вещь движется под воздействием, какой-либо другой ве­щи, рассуждает философ. Эта другая — под действием третьей и т.д. После­довательность не может быть бесконечной; следовательно, должна существо­вать вещь, которая движет другие, но сама не нуждается в источнике движе­ния, то есть должен быть Перводвигатель; это и есть Бог.

Второе доказательство опирается на понятия "причина" и "следствие". Всякое следствие имеет свою причину; эта причина сама является следствием другой причины; та, в свою очередь, — следствие третьей причины и т.д. (модель похожа на цепочку из костяшек домино). Стало быть, должна быть Первопричина, которая не нуждается в причине. Это и есть Бог.

Третье доказательство исходит из категорий "случайность" и "необходимость". Все вещи в мире случайны, то есть могут быть, а могут и не быть. Но если бы абсолютно всё в мире было случайным, то и сам мир был бы слу­чайным. В таком случае его бы уже не было. Однако мир есть. Следовательно, в нём должна быть необходимость. Эта абсолютная и единственная Необ­ходимость и есть Бог.

Четвёртое доказательство использует понятие "совершенство", что напоминает об аргументации Ансельма. Но ход мысли Аквинского иной. Ве­щи отличаются друг от друга степенью совершенства, констатирует он. Змея совершеннее червя, а человек совершеннее обезьяны. Стало быть, все вещи в мире можно расположить в воображаемый ряд, где каждая следующая вещь совершеннее предыдущей. Из них должна быть самая совершенная — это и есть Бог.

Наконец, пятое доказательство берёт за основу понятие "целесообразность". Мир устроен гармонично; одна вещь соответствует другим, а те — ей. На фруктовых деревьях, к примеру, сначала распускаются цветы, и только потом — листья, чтобы не мешать пчёлам опылять соцветия. Стало быть, су­ществование каждой вещи подчинено определённой цели, замыслу. И эта цель — гармония. Следовательно, должен быть Целеполагатель — Бог.

Критика доказательств

Философы — современники Фомы и жившие позже выдвигали контрдоводы. Так, первые два доказательства были бы неопровержимыми, если бы было точно известно, что мир конечен, и число вещей, в нём тоже конечно. Однако никто ещё не доказал конечность мира; напротив, немало доводов в пользу его бес­конечности.

Из третьего доказательства следует существование необходимости в самих явлениях природы, а вовсе не самого Бога. Это значит, что всякое случайное событие содержит в себе элемент необходимости, вытекающей из внутренней природы вещей. Прорастание пшеничных зёрен — необходи­мость; выпадение града — необходимость. Но что именно это растение поги­бает именно от этой градины — случайность. Иными словами, случайность — это точка пересечения необходимостей.

Четвёртое доказательство уязвимо в том отношении, что не существует, чётких и объективных критериев совершенства. Человек совершеннее обезь­яны, когда создаёт орудия труда, изготовляет жилище и одежду. Но обезьяна совершеннее человека, когда нужно лазать по деревьям и срывать кокосовые орехи. Иначе говоря, совершенство может быть только в каком-то отноше­нии, а не вообще.

Что касается пятого доказательства, которое часто признают наиболее убедительным, то нужно заметить, что оно вступает в явное противоречие с третьим, чего не заметил Фома. Действительно, в третьем утверждается, что все вещи в мире случайны; однако случайные вещи не могут гармонировать, соответствовать друг другу, что очевидно.

Споры вокруг этих доказательств не затихают и по сей день. Как бы то ни было, можно сказать, что пока на Земле живут люди, они будут размыш­лять по поводу веры, и будут спорить; вопрос остаётся открытым. Каждый — и верующий, и атеист — имеет право на свою позицию. Одному легче жить, будучи, атеистом; другому — с верой в Бога, Важно только, чтобы один не считал другого врагом только на том основании, что тот иначе мыслит, иначе представляет себе мироздание.

Философия Возрождения

К концу средневековья позиции церкви в Европе начинают ослабевать. Светская власть всё больше теснит власть религиозную. Это происходит в силу ряда при­чин. Развиваются и укрепляются ремёсла, возникают мануфактуры с чертами разделения труда, появляются серьёзные технические изобретения (печатный станок, доменный металлургический процесс, ветряные и водяные двигате­ли), активизируется торговля, растут города. Начиная с XII в. появляются первые университеты, нарастает престиж научного знания. Феодальные от­ношения, господствовавшие на континенте в течение столетий, начинают превращаться в тормоз общественного прогресса.

В духовной сфере намечается возврат к греческим ценностям. Появля­ются совершенно новые понятия, каких не было прежде: "личность", "инже­нер" (изобретательный), "студент" (жаждущий знаний). Начинается бурный расцвет искусств, прежде всего в Италии и в Испании.

Всё это сопровождалось нарастающей критикой религиозного мировоз­зрения. Изменилось и направление философских исследований, которые на­чали выходить из монашеских келий. Бурно развивается натурфилософия (философия природы); создаются философские системы, авторов которых ин­тересует уже не просто возрождение того или иного античного учения, а са­мостоятельное исследование природы, основанное на познании её собствен­ных законов. Джордано Бруно, позже казнённый инквизицией за свои ерети­ческие взгляды и требование передать государству церковные земли, разраба­тывает, опираясь на идеи Коперника, теорию множественности миров. Галилео Галилей в своих натурфилософских сочинениях развивает новую картину мира, исследует механическую форму движения тел.

Философия Ренессанса уделяет внимание и социально-политическим учениям. Она приобретает черты антропоцентризма (антропос — человек): в центре внимания философов — личность, её интересы и развитие, её творче­ский потенциал. Философы подвергают критике существующие обществен­ные порядки и социальную несправедливость. Томас Мор и Томмазо Кампанелла в своих произведениях "Утопия" и "Город Солнца" рисуют идеальные общественные устройства, лишённые частной собственности, деспотической силы государства, разделения на бедных и богатых.

В это же время Макиавелли, ставший в последующем знаменитым как "теоретик власти", провозглашает в своей работе "Государь" идеал политического вождя. Насилие, вероломство, жестокость — вот арсенал последнего. Нравственно всё, что способствует укреплению власти; где начинается поли­тика, там кончается совесть; цель оправдывает средства — эти и подобные им принципы сделали эту небольшую по объёму книжку настольной книгой мно­гих диктаторов.


Глава 5. ФИЛОСОФИЯ НОВОГО ВРЕМЕНИ И ВЕКА ПРОСВЕЩЕНИЯ

Новым временем принято называть XVII в., а следующий век — XVIII — получил в истории название века Просвещения. Новое время характеризу­ется прежде всего научной революцией в естествознании и математике. В ис­следованиях природы учёные всё чаще прибегают к экспериментальному ме­тоду. На его базе Галилей открывает законы кинематики, а Ньютон — законы динамики. Французский философ Рене Декарт создаёт аналитическую гео­метрию и формулирует законы преломления света и закон сохранения им­пульса в механике.

Лейбниц и Ньютон независимо друг от друга вводят понятие бесконеч­но малой величины и на его основе разрабатывают дифференциальное и ин­тегральное исчисление. И это лишь часть открытий, сделанных в новое время.

Развитие гносеологии

Научная революция вызвала особый интерес философов к процессу научного познания. Она обострила внимание как к традиционным вопросам гносеологии (теории по­знания), так и породила новые вопросы. Что важнее в познании — чувства или разум? Каковы роль и возможности эксперимента? Что такое научный за­кон? Каким методом должен пользоваться учёный, чтобы добиться успеха? Всякое ли явление может быть описано на языке математики?

Успехи математики были столь впечатляющими, что все остальные науки, в том числе и философия, как бы равнялись на математику, "завидуя" строгости её построений и однозначности выводов. Мало того, многие вы­дающиеся философы того времени одновременно были известными матема­тиками. Декарт, Лейбниц, Спиноза даже пытались излагать свои философские идеи в трактатах, похожих на учебник геометрии (аксиомы, доказательства теорем, выводы и т.д.). Однако из этих попыток математизировать философ­ское знание ничего путного, кроме чисто внешнего сходства, не вышло.

Философия принципиально не математизируется, так как она имеет де­ло с понятиями, не допускающими количественных отношений не только в числовом виде, но даже в виде степени. Смешно говорить, что причина этого явления "больше", чем причина другого явления; или — этот юноша любит девушку "в 1,8 раза сильнее", нежели его соперник; или — этот человек "по­рядочный", а тот — "очень порядочный". Невозможно быть "более" или "ме­нее" порядочным человеком, подобно Тому, как женщина не может быть "бо­лее" или "менее" беременной.

Философия и математика

Математику и философию роднят не количественны отношения, а то обстоятельство, что обе они, как тогда говорили, "спекулятивны", то есть "рождаются из ума", опираясь не на эксперимент, а на логическое мышление. В действи­тельности же, математика и философия, как и остальные науки, отображают не выдуманные, а реальные связи и отношения явлений объективного мира. Но если в других науках это почти очевидно, то в математике и философии функция отображения завуалирована, в силу чего складывается обманчивое впечатление их спекулятивного характера.

Врождённые идеи

На этом основании Лейбниц выдвинул теорию "врож­дённых идей", согласно которой математическое философско-логическое знание дано человеку от рождения, но не явно; опыт лишь "пробуждает" это знание, делая его явным (это весьма напоминает "теорию воспоминания" Платона).

Лейбниц иллюстрирует свои взгляды следующим примером. Допустим, человек не знает, что такое сахар и никогда его не видел. Если положить пе­ред ним кусочек сахара и спросить, растворится или нет это вещество, если бросить его в воду, то он не сможет определенно ответить, сколько бы ни ду­мал; нужен опыт. Но если, продолжает философ, положить перед человеком, далёким от математики, чистую бумагу и карандаш, и дать ему достаточно времени, то он при желании сможет вывести все теоремы геометрии, взяв за основу всего лишь три понятия: точка, прямая и плоскость, ибо геометриче­ское знание дано ему от рождения.

Лейбниц считает логику мышления самодостаточной, не нуждающейся во внешнем мире, тогда как логика мышления отображает объективную логи­ку

Если Вам нужна помощь с академической работой (курсовая, контрольная, диплом, реферат и т.д.), обратитесь к нашим специалистам. Более 90000 специалистов готовы Вам помочь.
Бесплатные корректировки и доработки. Бесплатная оценка стоимости работы.

Поможем написать работу на аналогичную тему

Получить выполненную работу или консультацию специалиста по вашему учебному проекту
Нужна помощь в написании работы?
Мы - биржа профессиональных авторов (преподавателей и доцентов вузов). Пишем статьи РИНЦ, ВАК, Scopus. Помогаем в публикации. Правки вносим бесплатно.

Похожие рефераты: