Xreferat.com » Рефераты по философии » Основы философских знаний

Основы философских знаний

сестрой и зятем. Они были видными фигурами в фашистской пар­тии Германии и хорошо понимали, что партия нуждается в "своём" философе. Ницше оказался жертвой этого желания, одобренного Адольфом Гитлером (в 1934 г. в пропагандистских целях последний даже посетил архив Ницше). По­следние годы жизни Ницше посвятил своему главному и неоконченному тру­ду "Воля к власти (опыт переоценки всех ценностей)" Воспользовавшись тем, что рукописи этой книги оказались в их руках, родственники фальсифициро­вали их, добавив в них идеи откровенно фашистского толка. Его труд был хитроумно напичкан такими отрывками, которые придали философу одиоз­ную "славу" теоретика фашизма, а его концепция "сверхчеловека" самым ос­корбительным образом трансформировалась в идею "истинного арийца". Шлейф этой провокации до сих пор проходит через многие головы, в том числе и в России, одурманенные в своё время пропагандой.

Справедливы ли обвинения в фашизме

Чтобы определиться в отношении этих обви­нений, рассмотрим кратко главные признаки фашизма. Это живучее политическое течение в разных странах имеет свои оттенки. Например, основными признаками немецкого фашизма являются следующие три: а/ идея превосходства арийской расы над всеми остальными; б/ идея геноцида (физического уничтожения евреев, уходящая своими корнями в крестовые походы против "мучителей Христа"; в/ славянофобия — страх и недоверие к славянам, считавшимися главными врагами арийской расы.

У американского фашизма эти же идеи несколько отличаются: а/ идея превосходства американской нации; б/ идея геноцида по отношению к "чёр­ным"; в/ презрительное, в лучшем случае — равнодушное, отношение ко все­му неамериканскому.

В основании русского фашизма лежат следующие признаки: а/ идея превосходства славянской расы над другими; б/ идея вытеснения из России "инородцев" особенно — евреев ("чемодан — вокзал — Израиль"); в/ абсо­лютное недоверие ко всему, что исходит от Запада.

Таким образом, в основе любого фашизма, если отвлечься от частно­стей, усматриваем три сущностных признака: идея превосходства одной расы или нации; идея геноцида или вытеснения того или иного народа; идея стра­ха или недоверия к какой-либо нации или расе.

Ни на один из этих признаков в трудах Ницше, не замаранных фальси­фикацией, нет и намека. Упрекнуть в фашизме философа, который говорил, что ему "иногда стыдно за то, что он — немец"; который писал, что "одарён­ность славян выше, чем одарённость немцев"; который вообще никогда не поднимал антисемитскую тему, — значит серьёзно погрешить против истины и оскорбить его память. Недоверчивый читатель может сам убедиться в этом, если возьмет на себя труд заглянуть в двухтомник сочинений Ницше, издан­ный, наконец, в России1.

Ницше и читатель

Читать Ницше нелегко, к нему надо привыкнуть. Это своеобразный и, так сказать, "непричёсанный" философ.

Его стиль далёк от академического, он непредсказуем и афористичен в поворотах мысли. Иногда считают, что его манера писать кратко и отрывочно объясняется серьёзностью его болезни (когда человек знает, что в любую минуту может умереть, ему некогда писать длинные, ло­гически связанные тексты).

Но дело не только в этом. Ницше был принципиальным противником "системной" философии. Когда философ строит систему, то он неизбежно будет лгать, считал Ницше, так как всё время вынужден оглядываться назад: не противоречит ли то, что он пишет сейчас, тому, что он писал прежде. Взгляды же имеют свойство так или иначе меняться, но философу приходится подстраивать их в угоду системе, что вызывает недоверие к такому автору.

Ницше - далеко не добродушный мыслитель. "Я — антиБудда", "человек — динамит", "философ неприятных истин", — говорил он сам о себе. "Мой способ любить людей — это показать, сколь они ничтожны". Его цель — разозлить читателя, побудить его захотеть стать другим. Ницше не рассчитывает на любовь и признательность читателей, ибо кому же понравит­ся, когда твою душу выворачивают наизнанку и демонстрируют всем и тебе самому, сколько в ней мелочного, обывательского и трусливого.

Например, свой труд "Антихристианин" начинает словами: "Эта книга для тех, кто ещё не родился. Мой день — послезавтрашний". Мой читатель — это человек, стремящийся к вершинам гор; человек, который не опускается до вопроса о "пользе" истины; человек, имеющий мужество вступать в область запретного и "держать в узде энергию вдохновения". Таких немного. "Что проку от остальных? Остальные — всего лишь человечество..." Философа мало трогает, что он раздражает людей; так раздражает спящего тот, кто не даёт ему спать и толкает — проснись!

Государство, религия, мораль

Качества человека, по поводу которых больше всего негодует философ, — это слабость духа, безволие, приспособленчество. Но человек не рождается сла­бым; таким его делают, по мнению Ницше, государство, религия и мораль. Их определения у Ницше выглядят колюче: государство — "тюремщик человека"; религия — "клевета на мир"; мораль — "мошенничество высшего поряд­ка".

Именно они, опасаясь, что энергия человека может выплеснуться в ан­тисоциальные, преступные формы, так "пеленают" его всевозможными за­претами, что он становится похож на младенца, которому остаётся только один способ выразить свой протест — кричать, вращать глазами и шевелить кончиками пальцев.

Моя философия, говорит Ницше, это отчаянный крик туго спелёнутого человека, который нашёл только такой путь выразить своё несогласие с суще­ствующим порядком вещей; возможно, кто-то услышит меня и тоже начнёт "брыкаться", растягивая путы.

Государство "грозит пальцем" каждому человеку, каким бы он не был. Большинство людей могли бы сказать, что им не надо грозить, что дни и без того законопослушны, моральны и трудолюбивы. Однако государство на вся­кий случай подозревает каждого в дурных намерениях, уподобляясь недалё­кому педагогу, который заставил всех учеников вывернуть карманы, когда обнаружилось, что у кого-то пропал перочинный ножик; и каждого окружает частоколом предостерегающих законов. В свою очередь, религия и мораль присущими им установлениями навязывают человеку определённый образ жизни, лишая его свободы воли, свободы выбора, свободы поступка.

Конечно, Ницше, как и всякий человек, видит положительное в этих социальных институтах, но отрицательное в них по отношению к личности, в его глазах, явно перевешивает.

Сверхчеловек

Важное место в философии Ницше занимает понятие "сверхчеловек". Ницше как-то сказал, что ни один фило­соф не оказал на него такого сильного влияния, как Достоевский. Как и у последнего, герой Ницше — человек, который стремится "выйти из толпы", стремится стать сильным. Сверхчеловек — это человек с маниакальной волей к власти, Как только человек утрачивает волю, к власти, он деградирует. Сверхчеловек настолько выше "просто человека", насколько "просто чело­век" выше обезьяны.

На первый взгляд кажется, что "сверхчеловек" Ницше — это фантасти­ческое существо, которое всё может, которому всё дозволено. Это, говоря со­временным языком, как бы "Рембо" обывателя, или "Гитлер" мещанина, за­давленного скукой повседневного бытия. На самом же деле, сверхчеловек — это Личность с большой буквы. То есть сильная личность, которая знает, чего она хочет, и знает, как этого достичь.

Воля к власти

Каждый человек, считает философ, рождается с определенной волей к власти, с определённым зарядом агрессивной энергии. Опасаясь, что воля к власти может породить угрозу общественному благополучию, государство стремится вообще уничтожить её; стремится превратить человека в своё безвольное и послушное орудие. При этом люди, ставшие слабыми, с завистью смотрят на сильных, не утра­тивших волю к власти. Они (слабые) находят удовольствие, обнаружиавая не­достатки и изъяны у сильных, уподобляясь лисице из известной басни, кото­рая говорит: "Виноград всё равно зелёный!". Она догадывается, что виноград на самом деле спелый и сладкий, но не имея сил допрыгнуть до него, объяв­ляет его незрелым и не таким уж привлекательным, чтобы успокоить задетое самолюбие.

Слабому остаётся только одно утешение: "Да, я не сильный, но зато я нравственный". Это перекликается со словами Гегеля о школьном учителе, который с удовольствием описывает отрицательные качества Наполеона, на­ходя удовлетворение в том, что сам он — не Наполеон, и, благодаря этому, морален. Религиозная вера и мораль, по мнению философа, это утешение сла­бых.

Когда Ницше говорит о воле к власти, то надо учитывать, что под "вла­стью" он понимает не только политическую власть, как иногда думают, но власть вообще, всякую власть. Это может быть власть писателя над читате­лем, актёра над зрителем, полицейского над преступником, начальника над подчиненным и т.п.

Вечное круговращение

Кажется, всё ясно. Ницше — певец агрессивности, пе­вец сильной личности, которой наплевать на вырабо­танные обществом ограничения и запреты. Кажется, что обвинения в фашизме небеспочвенны. Но не будем торопиться, послушаем дальше. А дальше философ излагает, какие ступени должна пройти душа человека, чтобы он мог стать Личностью.

Первую ступень он называет образно "дух-верблюд". Это дух человека, который послушно принимает все запреты общества, считая их должными и необходимыми. Ему говорят: "Это — нельзя!", — и он безропотно соглашается, доверяя тем, кто говорит "нельзя". Он даже не спрашивает, почему нельзя. На плечах таких людей покоится благополучие цивилизации. Они трудолюби­вы и послушны; они удобны для государства. Мало того, они необходимы.

Вторая ступень — ''дух-лев". Это дух человека, который приподнимает­ся над однообразием бытия и не так слепо доверяет общепризнанному. Он на­ходит в себе мужество спросить; "А почему, собственно, нельзя? Кто приду­мал, что это — нельзя?" И не найдя вразумительного ответа, говорит: "А может быть мне — можно?" Такой человек вырабатывает собственную систему цен­ностей и приоритетов, и действует в соответствии с ними, приводя порой в смятение окружающих. Его поступки зачастую расцениваются ими как вызов общественному мнению; однако это не более чем проявление воли к власти. Проследите за поведением известных политиков, эстрадных звёзд и т.п.: их по­ступки иногда шокируют общественное мнение; они подчас даже провоцируют скандалы, когда чувствуют, что о них стали "забывать". Такой человек всегда рискует, так как "высовывается" из толпы и самоутверждается.

Но особенно любопытна третья ступень. Ницше называет ее "дух-ребёнок". Это и есть состояние "сверхчеловека", то есть Личности. Идея "вечного круговращения" воплощается здесь в образе взрослого человека, ко­торый сумел сохранить, точнее — возродить в себе ребёнка. Его сила — в его чистоте, бескорыстии и смелости. Ему неведомы страхи "маленького челове­ка", который не решается на рискованные поступки, всё время высчитывая, чем они для него могут обернуться. "Дух-ребёнок" живет спонтанно и твор­чески. Жить спонтанно — значит говорить то, что думаешь, и делать так, как говоришь. Ни малейшего расхождения между мыслями, словами и поступка­ми. Жить творчески — значит любое дело пытаться сделать иначе, чем дела­ли до тебя.

Позволить себе жить так могут лишь немногие сильные натуры, кото­рые не боятся быть спонтанными. Они настолько сильнее и выше окружаю­щих, что могут разрешить себе не опасаться острых слов и уверенных жестов. Они открыты, уверенны и не боятся общественного мнения. Это признак не глупости, а силы. Они часто гибнут, так как часто раздражают и даже меша­ют. Но стать другими, приспосабливаться и юлить — для них это слишком низко. Они выше расчётливых мотивов. Но именно благодаря им есть про­гресс в любом деле; именно благодаря им общество не превращается в стоя­чее болото, где тепло и уютно, но преследует тяжёлый запах "маленьких лю­дей", запах "толпы". "Хочешь дышать свежим воздухом, — вопрошает фило­соф, — покинь толпу, иди в горы. Но помни, — предостерегает он, — от гор­ного воздуха иногда умирают".

"Толкни слабого"

Фридриху Ницше часто ставят в вину его знаменитую фразу: "Падающего — толкни!". Вырывая её из контекста, эту фразу толкуют как призыв к агрессии и жестокости по отношению к слабому "маленькому человеку". При таком прочтении идеи философа воспринимаются чуть ли не как инструкции для ресторанного вышибалы.

Но читаем у Ницше: "В человеке тварь и творец соединены воедино: в человеке есть глина, грязь, бессмыслица, хаос; но в человеке есть и творец, ваятель, твёрдость молота". Есть люди, которые хотят стать Личностью, но не знают, возможно, как надо действовать. Для них и пишет философ.

Но есть и такие, кто мог бы, но не пытается, боится рисковать, опасает­ся потерять то малое, что имеет. Они предпочитают оставаться в толпе, не осмеливаются реализовать в себе "творца". Именно таких людей Ницше на­зывает "падающими" и предпочитает "толкнуть" их, но не буквально, не фи­зически, а толкнуть презрением. За то, что "тварь" в них победила "творца"; за то, что риску стать Личностью они трусливо предпочли мелкое и суетное прозябание.

Таким образом, Ницше воспевает сильную личность — человека, кото­рый находит в себе силы жить спонтанно и творчески, преодолевает соблазн незаметного существования. Он приветствует желание утвердить себя, зая­вить о себе.

Вариант Ницше

Правда, он не обозначает принципиального различия между сильными личностями со знаком "плюс" и со знаком "минус". "Овца", говоря образно, может покинуть "стадо" двумя путями: она может стать "пастухом" (социально положительным лидером), а может превратиться в "волка" (социально отрицательный лидер). Для Ницше не так уж и важно, кем именно она станет, но гораздо важнее, что она захоте­ла перестать быть овцой.

Было бы ошибкой считать, что философ призывает человека к некуль­турным формам агрессии и вседозволенности. Но "овцеподобное" существо­вание раздражает его больше, чем даже криминальная, но сильная личность. Это как раз и порождает различные, вплоть до полярных, толкования его тек­стов.

Известно, что отношение человека к окружающей его жизни может быть трояким: либо попытаться изменить саму эту жизнь, используя любые средства — вплоть до насилия; либо приспособиться к ней, подавляя при этом своё "Я"; либо уйти в сторону от противоречий жизни, замкнувшись в "скорлупе" своего внутреннего духовного мира.

Первый вариант Ницше считает уделом сильных, но глупых (револю­ционеры, террористы и т.п.); второй — удел слабых, но хитрых (обыватель, удовлетворяющийся "маленькими радостями", которые удалось урвать от жизни); третий, — удел гордых, но слабых (монашество, суицид, отшельниче­ство и т.п.).

Философ предлагает четвёртый вариант — изменить себя, — путь сильных и умных. В мире есть зло. Оно было, есть и будет. Глупо и бесполез­но отрицать это. Нужно научиться жить в окружении зла, постоянно ему со­противляясь; и прежде всего необходимо найти мужество сопротивляться, когда замечаешь зло в себе самом. Зло коварно; оно постоянно хочет сделать тебя своим союзником. "Если борешься с чудовищем, не забывай: когда всматриваешься в пропасть, она тоже всматривается в тебя".

Есть "добро" от слабости, от бессилия; это не истинное добро. Иногда человек не совершает зла только потому, что боится последствий, боится на­казания. Это "добро от страха", а не от души. Немощная добродетель, гордя­щаяся своими лохмотьями, с завистливой жадностью глядит на силу, стать похожей на которую ей не дано, и поэтому постоянно бранит её.

И есть добро бескорыстное, спонтанное, истинное, идущее от души, от осознания своей силы. "Лучший способ начать день: проснувшись, подумать, — нельзя ли в этот день порадовать чем-нибудь хотя бы одного человека".

Глава 10. ФИЛОСОФИЯ ЛИЧНОСТИ В УЧЕНИИ ЗИГМУНДА ФРЕЙДА

В учении З. Фрейда философские и психологические аспекты слиты на­столько тесно, что отделить одно от другого просто невозможно. Главная за­слуга Фрейда — исследование бессознательного и его влияния на поведение человека. Классическая философия в изучении человека не идёт дальше соз­нания, считая его основным регулятором общественных и межличностных отношений. И это действительно так.

Однако в каждом из нас существует целый пласт психических явлений, которые не осознаются индивидом, но, вместе с тем, оказывают на его жизнь исключительно сильное воздействие.

Фрейд и СССР

На базе учения о роли бессознательного Фрейд разработал теорию психоанализа — метода коррекции и лечения различных психических отклонений и заболеваний. Этот метод ши­роко и эффективно используется в психиатрической практике западных стран. В нашей стране концепция Фрейда подвергалась ранее острой критике как одно из проявлений "буржуазной идеологии", его работы долгое время не публиковались на русском языке, а научные исследования в русле его идей не поощрялись, если сказать мягко. Причина неприятия теории Фрейда была, конечно же, политическая.

Согласно коммунистической доктрине основной источник человече­ских пороков — частная собственность. Фрейд же заявлял, что всё гораздо сложнее; дело не в частной собственности, а в самой натуре человека, в глу­боких внутренних инстинктах людей. Когда еще никому не были известны будущие результаты "коммунистического эксперимента" в России, он писал, что коммунисты ошибочно считают человека добрым от природы, испорчен­ным лишь институтом частной собственности; уничтожение частной собст­венности не решит проблемы врождённой человеку агрессивности. Что будут делать коммунисты, когда они уничтожат всех буржуев? Надо думать, они начнут уничтожать всех остальных, а затем и самих себя, ибо, чтобы совсем искоренить всякое зло, надо истребить всех людей.

Такие взгляды покушались на основу основ марксизма-ленинизма и по­этому отвергались с порога, объявлялись далёкими от науки. Всё это привело к тому, что миллионы наших людей, страдающих различными психическими заболеваниями, не получили той помощи, какую могли бы получить; и целые поколения россиян выросли без достаточной психологической грамотности, особенно важной в области межличностных отношений и воспитания детей.

Понятие бессознательного

Когда говорят о бессознательном, то прежде всего имеют в виду автоматические, рефлекторные дей­ствия, которые осуществляются, не проходя через сознание. Например, дотронувшись нечаянно до острого предмета, мы рефлекторно отдёргиваем руку, осознавая происшедшее лишь задним числом. В учении Фрейда бессознательное трактуется гораздо шире. Это все, а не толь­ко утилитарно физиологические, активные психические процессы, непосред­ственно не участвующие в сознательном отношении субъекта к действитель­ности. Они представляют собой глубинный, исторически древний фундамент психики, проявляющийся в действиях и поступках человека, истинные моти­вы которых неявны, скрыты от его собственного сознания, тем более от соз­нания окружающих.

Человеку кажется, что он своим разумом, логикой своего мышления полностью контролирует все свои действия. На самом же деле, в детермина­цию (причинную обусловленность) поступков вмешиваются такие мотивы и влечения, которые либо недоступны сознанию, либо отвергаются им как не­желательные. Иначе говоря, эти мотивы замаскированы, таинственны. Они напоминают своеобразный "чёрный ящик", информация на выходе которого позволяет догадываться о происходящих внутри него процессах, но не даёт для этого прямых и однозначных указаний.

Рассмотрим пример бессознательного. Известно, что подавляющее большинство людей, входя в незнакомое помещение, автоматически начина­ют двигаться влево. Почему не вправо или прямо, а именно влево? Это дви­жение имеет глубинную инстинктивную природу. Когда первобытный чело­век входил в пещеру с целью обследовать её, он двигался влево. В пещере может подстерегать опасность, возможно нападение. При этом левая часть тела, где находится сердце, наиболее уязвима; она прикрывается стеной. А правая рука, как более сильная, да ещё вооружённая дубинкой, готова отра­зить атаку (животные в большинстве случаев, попав в незнакомое помещение, тоже движутся влево). Ошибочно думать, что первобытный человек осозна­вал всё это. Его поведение было бессознательным. Современному человеку в помещении ничто не грозит, но природные инстинкты, столь сильны, что они по-прежнему заставляют его бессознательно двигаться влево.

Проявления бессознательного весьма разнообразны. Это и сновидения, и вербальные (словесные) ошибки, которые обнажают скрываемые желания или мотивы человека, и различные реакции на внешние воздействия, не реги­стрируемые органами чувств, и различные комплексы, переживаемые индивидом, и т.п. Остановим внимание лишь на двух формах бессознательного — на сновидениях и на эдиповом комплексе.

Природа сновидений

Сновидение — исключительно важная составляющая внутреннего мира человека. Оно, по Фрейду, "подобно Луне светит отражённым светом", то есть является ото­бражением жизненных проблем и влечений человека в символической форме. Сновидение, особенно если оно становится навязчивым, повторяющимся, — это абстрактное осуществление иррациональных, неосознанных желаний и влечений, подавляемых цензурой сознания во время бодрствования.

В прошлом, замечает Фрейд, люди свободно владели искусством "чте­ния" сновидений, пусть всего лишь на интуитивно-эмпирическом уровне. Они больше доверяли им, чем современные люди. Затем, с развитием науки и техники, которые невольно вызвали огрубление нашей чувствительности к собственному внутреннему миру, это умение было почти утрачено.

Люди, считающие сны бессмыслицей, всего лишь ночными "судорога­ми" уставшего за день мозга, уподобляются человеку, который даже не рас­печатывает письмо с важной для него информацией; а сразу бросает его в му­сорную корзину. Люди, не считающие так, но забывшие язык символов, пы­таются прочесть "письмо", но с горечью обнаруживают, что оно "написано" на непонятном для них языке.

Логика сновидений отличается от обычной: события во сне связаны друг с другом не причинно-следственной связью, к которой мы привыкли, а тем, что все события в сновидении являются разными выражениями одного и того же внутреннего состояния психики человека. В состоянии бодрствования внешний мир врывается и отвлекает от внутреннего. Во сне наше "Я" осво­бождается от двух вещей: от мешающего влияния внешних событий и от цен­зуры сознания. Сновидение, по Фрейду, это свобода бессознательного, свобо­да иррационального, не отвлекаемого и не заглушаемого внешним информа­ционным шумом. В сновидениях наше "Я" без помех встречается с самим со­бой. Важную роль Фрейд отводит понятию "вытеснение".

Вытеснение

Цензура сознания вытесняет, гонит от себя пугающие или неприятные человеку мысли, желания, влечения. Всё, что приносит огорчение, досаду, угрызения совести, и т.п. — всё это вытесняется и оказывается в сфере бессознательного. Однако проблема от этого не исчезает, она лишь "переодевается", маскируется, и вновь возвращается из бессознательного, но уже в новой, символической форме. Цензор сознания тем самым обманут, обведен, как говорится, вокруг пальца. Но символическая форма требует расшифровки, толкования, прочтения.

Вот классический пример Фрейда: сновидения неудачника. Человеку, у которого не ладится с карьерой и общественным признанием его способно­стей, начинают навязчиво, то есть из ночи в ночь, сниться эпизоды, в которых он постоянно опаздывает — на поезд, на самолёт, на работу, на свидание и т.п. Эти сны мучительно переживаются. Человек просыпается в страшном огорчении — опять опоздал! Сновидения сопровождаются чувством безыс­ходности: двери трамвая захлопываются перед самым носом, таксисты берут других, а на него даже не смотрят и т.д. Все уезжают, а он остаётся на пустом перроне.

Причём, такие сновидения интернациональны по своей природе. Они снятся и неудачнику-немцу, и неудачнику-русскому, и неудачнику-японцу. Дело в том, что сознание вытесняет неприятные, тревожащие мысли на эту тему; человек пытается успокоить себя: ну и что, что я не стал до сих пор на­чальником, многие люди являются прекрасными работниками, оставаясь на рядовых должностях; многие начальники проигрывают мне по знаниям и способностям и т.д. и т.п. Человек гонит от себя неприятные мысли, но про­блема-то остаётся, хотя её "отодвигают" в бессознательное. И вот она вновь выныривает на поверхность, но уже и символической, замаскированной фор­ме — в виде навязчивых сновидений с постоянными опозданиями.

Такая ситуация не безобидна; наступает бессонница, человек не просто плохо спит, а начинает страшиться сна; появляются признаки депрессии, апа­тии, упадка сел. И если в жизни ничего не меняется, возможно серьёзное пси­хическое заболевание, а в крайнем случае — даже самоубийство. Подобные сновидения исчезают и психическое здоровье восстанавливается в двух слу­чаях: а/ если "неудачник" добивается успеха в какой-либо сфере его деятель­ности и получает внешние проявления общественного признания; б/ если психоаналитик, к которому обращается за помощью человек, объясняет ему скрытые причины его депрессивного состояния (осознание причин, таким об­разом, помогает изменить отношение к проблеме, воспринимать её не столь драматично).

Эдипов комплекс

Большую роль Фрейд отводит понятию "либидо", выражающему врождённую сексуальную энергию индивида, которая, по его мнению, определяет с первых лет жизни развитие личности. Причём это влияние развёртывается на бессознательном уровне. Проявления либидо многообразны. Например, у мальчиков 3-5 лет сексуаль­ное развитие оформляется в виде так называемого "комплекса Эдипа" (у дево­чек того же возраста это комплекс Электры). Названия комплексов взяты Фрейдом из древнегреческой мифологии.

Эдипов комплекс проявляется в том, что мальчик начинает ревновать отца к матери, но не как к матери, а как к женщине. Это чувство, по Фрейду, проходит три стадии. Во-первых, агрессия к отцу-мужчине как к сопернику (родители могут вспомнить, как сынишка начинает отталкивать отца, когда он хочет обнять жену). Во-вторых, страх перед отцом, который может нака­зать его, будучи более сильным. Наконец, в-третьих, уважение и любовь к от­цу, как к защитнику и покровителю.

Грубую ошибку совершают родители, когда наказывают ребёнка за проявления ревности. Агрессия к отцу на почве ревности — это не патология, не болезнь, а естественная программа сексуального развития, которую прохо­дит каждый человек в раннем возрасте.

У девочек комплекс Электры (девочка ревнует мать к отцу как сопер­ницу) протекает не так остро. Но всё же встречаются удивительные проявле­ния. Например, дочь четырёх лет, оставшись дома одна, выливает долой ма­мины французские духи, которые папа подарил маме на 8 Марта, наливает в них воду и ставит на место. Затем берёт ножницы и делает надрезы на самых любимых маминых платьях, от которых папа в восторге. Представьте себе сцену, когда всё это обнаружилось! Между тем ничего подобного не случи­лось бы, если бы папа, даря духи маме, подарил бы одновременно крохотный флакончик и дочери, подчеркнув тем самым, что они в ней видит женщину, пусть маленькую. Но, увы, папа не читал Фрейда.

"Сверх-Я" и "Оно"

В личности человека Фрейд выделяет три основных элемента. Это — "Я" человека как атрибут его сознания и воли, затем "Оно" и

Если Вам нужна помощь с академической работой (курсовая, контрольная, диплом, реферат и т.д.), обратитесь к нашим специалистам. Более 90000 специалистов готовы Вам помочь.
Бесплатные корректировки и доработки. Бесплатная оценка стоимости работы.

Поможем написать работу на аналогичную тему

Получить выполненную работу или консультацию специалиста по вашему учебному проекту
Нужна помощь в написании работы?
Мы - биржа профессиональных авторов (преподавателей и доцентов вузов). Пишем статьи РИНЦ, ВАК, Scopus. Помогаем в публикации. Правки вносим бесплатно.

Похожие рефераты: