Xreferat.com » Рефераты по краеведению и этнографии » Фольклор - как главный фактор отражения культуры казачества

Фольклор - как главный фактор отражения культуры казачества

как в средней полосе России. Зажиточные казаки покрывали свои дома черепицей. Турлучные дома по-прежнему крыли камышом. При закладке фундамента будущего дома на Тереке бытовало большое количество строительных обрядов. На закладку фундамента звали священника, входили в новый дом перед восходом Солнца, при этом священник нес иконы, хозяин вез лапоть с домовым, хозяйка держала хлеб и соль. Хозяйственные постройки.

Кухня чаще всего состояла из двух комнат (хата и сени) небольшого размера. Крышу чаще всего делали из камыша. Летом в такой кухне пекли хлеб, а остальную пищу готовили на открытых печах во дворе.

Сараи распространены в основном двух типов: круглые закрытые, плетеные сапеты и открытые в виде навесов повитки. Сапеты были турлучными и реже – саманными, состояли из 2-3 комнат. Крыли их 2-х скатной соломенной или плоской крышей. Высота такого сарая составляла 2 метра, а ширина – 2,5-5 метров.

Амбары в 18-19 веках в станицах строили все вместе, по одной стороне улицы. Во дворах они стали появляться только к концу 19- началу 20 века. Чаще встречались турлучные амбары, крытые камышом или соломой.

Из других хозяйственных построек следует упомянуть хлев, саж (помещение для свиней), сушки, погреб, курник, баня.

Площадь, отводимая под двор, была велика, однако хозяйственных построек на нем возводилось сравнительно немного. Это было вызвано тем, что казаки на одной из улиц или на краю станицы ставили общие хлева, амбары и т. п. Что же касается иногородних, то они имели небольшие дворы.

Приблизительно до 60-80-х годов 19 века большие казачьи усадьбы, как правило, обносились частоколом и плетнем. Лицевой фасад здания выходил на южную сторону. В нем устраивались основные проемы – оконные и дверные. Задняя сторона была глухой, изредка в ней устраивали небольшое смотровое окно.

Внутренняя планировка и убранство. Когда на Тереке появились первые надежные срубные и другие постройки, наиболее распространенным типом стал 2-х камерные пятистенки с окружавшей их с 3-х сторон террасой. В одной из комнат стояла русская печь. В 18-19 веках на Тереке было распространено и 2-х камерное жилище украинского типа, состоящее из хаты и сеней. В хате стояла русская печь, в сенях хранился инвентарь.

Часто встречалось на Тереке и 3-х камерное жилище (хата+сени+комора). Комора (клеть) возникла путем присоединения к хате с сенями новой постройки - амбара.

У главной стены сеней размещали сундуки. Если не было сундуков, то устраивали лавки, покрывали их ковром, клали на них матрац и подушки. Обычно над этими лавками развешивали оружие. Убранство лавок ковром и оружием говорит о том, что в интерьере жилого помещения казаки некоторые мотивы заимствовали у горцев. Спали на дощатом настиле, лавках.

В конце 19 века – начале 20 значительно меняются мебелировка и украшения жилищ. Помост для сна заменяют скамейки и дощатые кровати. У зажиточных казаков появляются стулья, табуретки и т. д. Во внутреннее убранство жилищ стали проникать городские вещи (настенные зеркала, стулья, посуда). «Хаты если и не новые, то все прямые, чистые, опрятно покрытые камышом, с высокими князьками, все они на столбах приподняты от земли на аршин, с разнообразными высокими крылечками; и расположены хаты не прижатыми одна к другой, а просторно и живописно, образуя широкие улицы и переулки. Перед светлыми большими окнами многих хат поднимаются высоко нежные акации с белыми душистыми цветами. Чистота и изящество в убранстве хаты составляют такую же необходимую привычку казачества, как и щегольство их в одежде. Хаты состоят из двух комнат; и в одной лежат ковры, одеяла, а вдоль лицевой стены, красиво прибранные друг к другу, подушки на лавке; под лавкой же арбузы, дыни, тыквы; на боковых стенах висят медные тазы и оружие, а в другой комнате большая печь, стол, лавка и иконы».

Одежда. Горцы Северного Кавказа оказали определенное влияние на материальную культуру терского казачества, в том числе и на одежду.

Бельевая, или нательная, одежда, рубаха и штаны шились из отбеленного холста – наиболее прочного материала. Бешмет (надевали на рубаху) шили из разнообразных покупных тканей ярких цветов – красного, синего, длиной ниже бедер, с выкроенной спиной, с расширяющимися книзу клиньями по бокам, застегивался бешмет спереди крючками, воротник высокий, стоячий, длинный узкий рукав заканчивался манжетом, облегающим руку. Зимний бешмет был стеганым, а летний – подкладке. На бешмет одевалась черкеска. Она шилась ниже колен, с низким вырезом на груди, открывавшем бешмет, рукава делались широкими к низу, с широкими же цветными отворотами. На груди на такую же цветную подкладку, обычно алую, нашивали газыри, служившие вместе с кавказским поясом, украшением черкески. Шилась она из фабричного сукна (темно-синего, серого, черного). В состав формы одежды входила бурка. Шилась она в виде длинной и широкой накидки из толстого домашнего сукна с застежкой или завязкой у горла.

Зимней одеждой служили длинные прямоспинные шубы (кожухи), расходящиеся книзу колоколом, без застежки, с глубоким запахом и небольшим воротником из дубленых белых и черных овчин. Они шились похожими на бешмет и одевались под бурку.

Головной убор – шапку-папаху шили из овчины, реже – из каракуля. В 19 веке они были высокими, с суконным верхом и кантом по цвету полка. Головные уборы носили даже летом. Дома и в поле надевали летом бриль – шляпу из тонкой вяленой белой или серой овечьей шерсти с коническим верхом и довольно широкими полями. В комплект с буркой входил башлык – капюшон из черного сукна на красной подкладке.


[1] Грищенко Н. П. Горский аул и казачья станица Терека, с.56.

[2] Александров Н. А. Казаки черноморцы и терцы, с.34.

[3] Воробьев Р. Земельный вопрос у казаков СПб, 1908, с. 7.0 Игнатьев Б.Б. Развитие системы управления казачьими войсками России. Москва, 1997год, с. 97.6 Хождения купца Федота Котова в Персию. Москва, 1958год, с.337 Александров Н. А. Казаки черноморцы и терцы. 1899год, с. 67.8 Статистические монографии по исследованию станичного быта. Владикавказ, 1881г., с. 154. 9 Песни Терека. Грозный, 1974г., с.98.10 Детские казачьи игры и забавы. 1993г., с. 46.11 Статистические монографии по исследованию станичного быта. Владикавказ, 1881г., с. 42. 11 .Там же, с. 44.

Алевердиев К. студ 5 курса

ИФ филиала ДГУ в г. Кизляре


СЕМЕЙНЫЕ ТРАДИЦИИ И ОБРЯДЫ НИЖНЕТЕРСКОГО КАЗАЧЕСТВА


В первый период заселение Терека здесь преобладали одинокие и малосемейные казаки. Возможно, они на первых порах брали себе жен из местного населения. Скорее всего, часть этих браков имела характер умыкания. В условиях постоянной военной опасности, при отсутствии прочного земледельческого базиса могла развиваться только малая форма семьи, способная прокормить всех своих членов.

В 18 веке численность населения на Тереке постепенно увеличивается. Однако военизированный уклад жизни казаков мало способствовал экономическому процветанию, снижал естественный прирост населения, увеличивал уровень смертности. Переселенцы неохотно селились в местах, разоряемых набегами и войнами, т. о., приток населения из других областей тоже был невелик. Видимо, в этот период все еще ощущалась нехватка женщин. Их похищали не только у горцев, но и у других казаков. Похищение женщины из станицы позорило всех казаков, и участие в ее поиске принимало все мужское население станицы. Подобное умыкание девушек часто практиковалось по отношению к староверам, которые жили замкнуто, мало общались с православными, имели большие многодетные семьи. Быстрой реставрации в старообрядческой среде больших патриархальных семей способствовала замкнутость их быта, жизнь спаянной религиозной общиной, подчеркнутое сохранение старинных традиций и обрядов.

С середины 18 и до начала 19 века на Тереке происходит процесс вторичного образование большесемейных казачьих коллективов. Государство, всячески поддерживая казачью общину, поддерживало и традиционные семейные институты в виде большой патриархальной казачьей семьи.

С 18 лет казак уходил на службу. Прослужив 5-6 лет, он возвращался в станицу и, обычно, обзаводился семьей. Но практиковались и более ранние браки. На стороне большой семьи оказывались и станичная администрация, и центральная войсковая власть, и общественное мнение, и сами родители – основатели большой семьи. Таким образом, во многих семьях число ее членов доходило до 25 человек и больше. Наиболее распространены были семьи, состоящие из трех, реже 4 поколений. Довольно редко встречались семьи, в которых наряду с женатыми сыновьями оставались замужние дочери со своими мужьями. Такие семьи назывались «с примаками». Казаки неодобрительно относились к примаку, даже презрительно. Его положение в большой состоятельной казачьей семье было довольно бесправным, мало чем отличавшимся от чужака – батрака.

Значительную роль в жизни большой семьи играл ее глава – отец или старший брат, если отец по состоянию здоровья не мог руководить семьей. Глава казачьей семьи распределял работу, следил за тем, чтобы она вовремя выполнялась, он был хранителем общей семейной казны, руководил отправлением различных семейных и религиозных обрядов. Глава, или старшой, в казачьей семье обладал единоличной властью. Он творил домашний суд и расправу (побои были обычной формой наказания), представлял семью при решении общественных дел станицы. Почти такое же значение имела в больших казачьих семьях и мать. Она вела все домашнее хозяйство, во время отсутствия мужа распоряжалась работами, получала и хранила деньги и т. д.

Особенно тяжелым в больших казачьих семьях было положение «чужеродцев» - примаков и снох. Сноха в такой семье – это вечная, безропотная работница, находившаяся в полном подчинении у главы семьи, свекрови, мужа, старшой снохи. Тяжесть положения невестки в семье усугублялась еще и тем, что единственный человек, к которому она могла бы обратиться за помощью – муж, часто отсутствовал, находясь на службе. Обособленность невестки в семье мужа сказывалась и в ее имущественном положении. Ее личное имущество состояло из приданного и свадебных даров. Приданное готовилось за счет общесемейного бюджета. Если девушка уходила в более бедную семью, то часть приданного оставалась в ее доме как гарантия для нее и ее детей, если брак окажется неудачным. Вероятно здесь прослеживается отголосок горского влияния, поскольку подобные мотивы встречаются и в их традиции. Народные песни, пословицы, поговорки распространенные в казачьей среде, ярко описывают бедственное положение невестки в доме мужа. Как правило, все снохи подчинялись в семье свекрови. Но непосредственно домашними работами в доме руководила старшая сноха. Ее положение, по отношению к другим было несколько привиллигированным. Когда глава семьи умирал, его заменял старший сын или мать, но чаще всего сыновья делились. Делили все поровну. После смерти мужа, вдове выделяли ее имущество и 1/7 часть пая земли, после чего она могла выходить замуж вторично.

Свадебный обряд.

Свадебный обряд терского казачества отразил пестроту этнического многовекового наслоения. Даже в различных районах Терека заметны значительные различия в нем. Много общего свадебная обрядность терских казаков имела с великорусской и украинской традициями, но, выделяясь своими особенными чертами, развивалась и под влиянием местного населения.

У первых поселенцев на Тереке акт заключения брака состоял в объявлении на кругу о желании стать мужем и женой, в знак защиты и покровительства казак прикрывал женщину полой своего кафтана. Постепенно свадебная обрядность усложнялась.

Женились юноши в 17-19 лет. Церковь на Тереке официально не венчала юношей, не достигших 18 лет. О качествах невесты судили по ее родителям. До середины 19 века выбором невесты занимались родители жениха, но позже главная роль отводилась самому жениху. Казак старался отыскать себе невесту – ровню по материальному положению.

Мало было браков между казаками и иногородними. Казачка, выходя замуж за иногороднего, теряла свое привелигированное положение, а этому очень противились ее родители. Жены из иногородних не оказывали большого влияния на быт казаков, поскольку их положение в доме было вовсе бесправным. Редки были браки между старообрядцами и православными. Как правило, казаки брали себе жен из своей станицы.

Свадьбы у терских казаков устраивались в основном осенью и зимой. Свадьбе предшествовала длительная и сложная процедура сватовства. Обыкновенно в сваты приглашали кого-нибудь из наиболее уважаемых родственников или родственниц. Процедура сватовства одинакова во всех терских станицах и имеет аналогии с восточнославянскими обычаями. Порядок сватовства имел часто обрядовое значение. Сваты под видом купцов или странников входили в дом невесты и заводили иносказательную беседу. Если жених был совсем не по душе хозяевам дома, то они не предлагали даже сесть, и это означало отказ. Но если родители невесты и были рады сватам, то они все равно не давали сразу согласия – обычай требует, чтобы сваты приходили 3 раза. Когда родители невесты давали согласие на брак, вечером в их доме собирались родственники. Невесту и жениха отводили в другую комнату на «первое свидание». Родня жениха угощала будущих родственников, даже в доме невесты вином, «хлебом-солью». Когда родственники невесты выпивали по три стакана вина, они усаживали за стол родственников жениха. Выпив по три стакана вина, те приглашали всех идти «печи глядать», т. е. Осматривать хозяйство жениха. В доме жениха совершался обряд рукобития. Родители вступающих в брак договаривались, сколько должна будет заплатить виновная сторона в случае расстройства свадьбы (40-200 рублей). Договор закреплялся рукобитием: родители жениха и невесты клали руки на стол, сверху клали руки все присутствующие. В первое после рукобития воскресенье устраивали своды или пропой. Обряд сводов о пропоек во многом повторяет сватовство. В эти дни стороны окончательно договариваются об условиях и дне свадьбы, определяют ее церемониал, расходы, приданое. Изменение этих условий после сводов не допускалось. В день сводов на невесту одевали косник – повязка на голову из разноцветных лент, который невеста носила до дня свадьбы. Как только проходили пропойки, засватанная девушка официально объявлялась невестой. За день до свадьбы в доме молодых пекли из пшеничной муки вытушки (калачи), каравай, лежень и шиши (маленькие хлебцы), разливали вино. Все эти приготовления называли «лепить шишки». Особое значение имел процесс изготовления свадебного каравая. Для этого в доме невесты собирались замужние женщины. Старались позвать таких, у которых была благополучная семья. Каравай считался символом счастья и плодородия в новой семье. Накануне свадьбы у молодых устраивались вечеринки. В день свадьбы рано утром мать невесту, а та - своих подруг. Часам к 10 утра от жениха к невесте приходила сваха и вместе с девушками, под их песни начинала «убирать невесту к венцу». У староверов невеста одевала алую шелковую, длинную до земли юбку, алую рубашку с длинными, узкими рукавами, черный или синий шелковый кафтан и серебряный поясок. Обязательно одевались серьги, бусы, браслеты. Крепко заплетали косу, чтобы свахе, которая должна была в церкви расплетать косу, пришлось повозиться. Невеста разбирала свой косник и давала подружкам по ленте. У староверов невеста шла венчаться с непокрытой головой. Во всех станицах с нестароверческим населением в наряд невесты входило длинное белое платье, украшенное с левой стороны красным восковым цветком, и длинная фата, прикрепленная к веночку из белых восковых цветов. После того как невеста была убрана, она просила благословения у родителей. Жених в это время наряжался в полную парадную казачью форму: брюки-галифе – темно-синие с кантами, легкие сапоги, белая рубашка, парадный бешмет с длинным узким рукавом. Поверх бешмета одевалась черная черкеска с козырями, в которые были вложены пустые гильзы. На черкеску с левой стороны прикалывался красный восковой цветок. Одевшись, жених просил у родителей благословения. После этого поезд жениха направлялся к дому невесты. Когда жених и невеста отправлялись в церковь, мать и отец невесты оставались дома и переносили приданое невесты в дом жениха. Приданое невесты состояло из сундука, постели, 6-15 подушек, одеяла, тюфяка и т. п. Свадебный кортеж совершал 3 объезда вокруг церкви, чтобы «закружить черта». В церковь первыми вступали жених и невеста. В углу сваха заплетала волосы невесты в две косы. После венчания все отправлялись в дом мужа. Во дворе молодых усыпали хмелем, мелкими деньгами, конфетами. Выпив по три стакана вина, отправлялись в дом невесты. Ее мать всем гостям повязывала на руки платки, а дружку и сваху крест-накрест через плечо перепоясывала рушниками. В конце свадебного пира присутствующие одаривали жениха и невесту. Кое-где на Тереке и в конце 19 века встречался обычай, когда под кроватью молодых всю брачную ночь лежал дружка. Специфика казачества, его военизированный быт отразились и в свадебном обряде.

Почти все ключевые моменты свадебной церемонии сопровождались скачками, ружейной пальбой.

Сокрушаясь о том, что в станицах не хватает врачей, автор одного из исследований быта казаков 19 века8 замечает, что средств на содержание таковых можно было бы найти, если сократить некоторые расходы. «…Такими затратами могут считаться, например, расходы не свадьбы (гулянья), не только убыточные для брачующихся, но и для всей родни жениха и невесты. Разорительные пьянства во время свадьбы бывают два раза, а именно: при сватаньи невесты гуляют с неделю и саму свадьбу более недели. Это происходит таким образом: вся родня жениха и невесты собирается каждая к своему свату (тот, кто женит и тот, кто отдает) и пьют там до обеда; после обеда идут к кому-нибудь из родни, а потом опять к свату «до чепа» и пьют там до самого света. С рассветом собираются у жениха и невесты и похмеляются, а отсюда снова идут по дворам к очередным из родни и так повторяется каждый день, пока не обойдут всю родню. Во время этих гуляний бывает безобразий в виде неприличных песен, ссор, драк и даже разврата. Через свадьбу многие впадают в большой долг, который приходится выплачивать много лет...» Родильные обряды.

Казаки любили детей и были рады и мальчику, и девочки. Если казачка хотела, чтобы у нее родился сын, она некоторое время носила на себе сорочку той женщины, у которой рождались одни мальчики и т. п.

Роды обычно проходили в каком-нибудь темном чулане. Принимала их бабка-повитуха, и только в самом конце 19 века в станицах появляются акушерки. Все уходили их дома, оставались в помощь бабке-повитухе только 2-3 пожилые, замужние родственницы. Для ускорения родов женщину заставляли прыгать с сундука или печи на пол, перегибаться на рукоядке кочерги и т. п. При трудных родах развязывали все узлы в доме, открывали все запоры, разряжали ружья, расплетали у роженицы косы, зажигали венчальные свечи, если это не помогало, просили священника открыть Царские врата. Новорожденного стремились как можно скорее окрестить, т. к. боялись, что его может подменить дьявол. Это же поверие о подмене ребенка известно и среди местных народов Кавказа. Как правило, ребенку старались дать имя бабки или деда. В кумовья выбирали уважаемых соседей или родственников. Существовал обычай: если в семье до этого умирали дети, то в кумовья приглашали первых встречных.

В целом родильные обряды терских казаков похожи на подобные обряды всех восточных славян. Смерть и похоронная обрядность.

Терские казаки верили, что человека со дня его рождения постоянно сопровождает злой и добрый духи. Чем бы ни заболел казак, считалось, что это козни нечистой силы, и вылечиться можно только православной молитвой. Однако знахарей и колдунов в станицах было немало. Для врачевания они использовали способы народной медицины, прежде всего, травы. Приближение смерти терцы связывали с некоторыми приметами. Умрет глава семьи, если трещат, оседая стены дома, или когда икона упадет на пол, если завоет собака без причины, дерево расцветет дважды и т. п. Умирающему старались облегчить смерть, помочь душе выйти из плоти: открывали двери, окна, задвижки в печи. Перед смертью необходимо было причаститься. Покойника терцы хранили через 2 дня на третий. Все предметы и принадлежности туалета, употреблявшиеся при омывании и обряжении, сжигали потом на дворе, чтобы они не принесли вреда живым и чтобы ими не воспользовались для наведения порчи.

Покойника помещали на специально сделанную лавку, головой под образа, и священник читал над ним Евангелие или псалтырь. Во дворе, у сарая в это время делали гроб. Женщины готовили кушанья для поминального стола.

Старообрядцы-казаки хоронили покойников в чистой нательной рубахе саване. Членов семей казаков хоронили в обычной одежде, по возможности новой, но не яркой. Самого же казака хоронили торжественно, в полной парадной форме, с регалиями. Считалось, что казак, представший в полном параде на том свете, будет благосклонно встречен ангелами, узнан по одежде и лампасам своими товарищами и вместе с ними будет, если он праведный проводить время в развлечениях и дружеских пирушках. Девушек терцы при похоронах наряжали как невест, клали в могилу цветы, на голову одевали венок из цветов, заплетали косы, ибо были уверены, что каждая умершая девушка находит мужа-юношу, умершего неженатым.

В день похорон у старообрядцев покойника просто несли на кладбище. У православных его сначала несли в церковь, отпевали, затем родственники и знакомые прощались с ним, и все шли на кладбище, которое располагалось за станицей. После похорон все возвращались в станицу, и желающие шли в дом покойного справлять помин. Последующие поминки православные устраивали на 3, 6, 9, 40-й дни, затем ежегодно в день смерти отмечали очередную годовщину. В «родительские дни» устраивали на кладбище поминки по всем усопшим в семье. Казаки полагали, что особенно плохо приходится на том свете самоубийцам и колдунам. Колдунов хоронили наравне со всеми, на кладбище, т. к. не знали наверняка каких он дел сделал больше – плохих или хороших. Самоубийц хоронили отдельно, вне кладбища.


Примечание


[1] Грищенко Н. П. Горский аул и казачья станица Терека, с.56. [2] Александров Н. А. Казаки черноморцы и терцы, с.34. [3] Воробьев Р. Земельный вопрос у казаков СПб, 1908, с. 7. Игнатьев Б.Б. Развитие системы управления казачьими войсками России. Москва, 1997год, с. 97. 6 Хождения купца Федота Котова в Персию. Москва, 1958год, с.33.

7 Александров Н. А. Казаки черноморцы и терцы. 1899год, с. 67.

8 Статистические монографии по исследованию станичного быта. Владикавказ, 1881г., с. 154.9 Песни Терека. Грозный, 1974г., с.98.10 Детские казачьи игры и забавы. 1993г., с. 46.

11 Статистические монографии по исследованию станичного быта. Владикавказ, 1881г., с. 42.

11 Там же, с. 44.


Магадова В, студ 6 курса ИФ филиала

ДГУ в городе Кизляре


СОЦИАЛЬНО-ПОЛИТИЧЕСКОЕ РАЗВИТИЕ НИЗОВИЙ ТЕРЕКА ХVIII - ХIХ веках


В ХVIII - ХIХ веках произошли серьезные изменения во взаимоотношениях государства и казачьих групп на Тереке. Если ранее Москва обращалась к казакам с просьбами о "вспоможении", а они "учиняли меж себя совет", то есть собирались на круг и решали, откликнуться ли им на призыв Российского государства или нет, то в начале ХУШ века следовали Указы, которые подлежали безусловному исполнению (1, с.52).

По приказу Петра I гребенские казаки приняли участие в 1717 году в Хивинском походе, где понесли большие потери. При строительстве крепости Святого креста в 1723 году на них была возложена заготовка леса, угля, сена и др. У гребенцов было взято 200 арб, 61 каюк. Их заставили конвоировать почту, курьеров, давать подводы "грузинским и горским владельцам" (от последнего, в связи с жалобами, освободили). Подобные притеснения вызвали бегство части гребенцов на Кубань (2, с.108-109). В то же время впервые гребенцам было определено постоянное хлебное и денежное жалование (от 30 рублей и 21 четверика муки войсковому атаману до 12 рублей и 6 четвериков муки рядовым казакам, кроме того всем чинам выдавалось по 3 четверика круп, по 6 четвериков овса и по 48 фунтов соли в год). По словам В.А.Потто, "гребенские казаки начинают жить общею жизнию с государством, принимающим на себя заботы об их материальных и нравственных нуждах" (3, с.17). Правительство в тот период еще не посягало на казачье самоуправление. Однако такое положение не могло продолжаться долго.

В 1744 году Астраханский губернатор докладывал, что "оные гребенские, хотя и могут из всех казаков за лучших воинов почитаться, только от того, что атаманов погодно переменяют и старших против прочих не имеют, в великом беспорядке находятся". Посланный к гребенцам бригадир Кольцов так и не смог найти достойную кандидатуру атамана, угодную царской администрации. Его ужаснуло то, что "атаману никакого почтения и страха казаки не имеют", каждый считает себя вольным и независимым (1, с.65).

По преданиям, записанным в середине ХIХ века, гребенцы ранее все "дела решали общим советом. Для этого казаки собирались по заклику на станичный сбор. Большинством голосов решалось обыкновенно всякое предложение станичного атамана, который лично не имел особенной власти, но был только блюстителем порядка, каждый казак считал себя участником общего дела, имел полный голос и потому станичные сборы были очень шумны, а нередко происходили на них и ссоры" (4, л.6 об.).

Правительство попыталось ликвидировать гребенскую "особость" путем слияния гребенцов с уже покорными правительству семейными казаками. В 1745 году

Если Вам нужна помощь с академической работой (курсовая, контрольная, диплом, реферат и т.д.), обратитесь к нашим специалистам. Более 90000 специалистов готовы Вам помочь.
Бесплатные корректировки и доработки. Бесплатная оценка стоимости работы.

Поможем написать работу на аналогичную тему

Получить выполненную работу или консультацию специалиста по вашему учебному проекту
Нужна помощь в написании работы?
Мы - биржа профессиональных авторов (преподавателей и доцентов вузов). Пишем статьи РИНЦ, ВАК, Scopus. Помогаем в публикации. Правки вносим бесплатно.

Похожие рефераты: