Xreferat.com » Рефераты по культурологии » Ричард Рорти "Обретая нашу страну"

Ричард Рорти "Обретая нашу страну"

глад­кое и эффективное осуществление решений Внутренней партии. В интересах интернациональных сверхбогатых наш класс будут содержать в условиях относительной зажиточности и счастья. Ибо им нужны люди, которые могли бы ра2Ь[£р^ывать_из_себ_ял]о-литический класс каждого отдельного национального государст­ва. Чтобы держать пролов в спокойствии, сверхбогатым нужно будет создавать впечатление, будто национальная политика од­нажды может измениться. Поскольку экономические решения являются прерогативой сверхбогатых, постольку они будут по­ощрять политиков, как левых, так и правых, специализироваться на вопросах культуры.66 Задача будет состоять в том, чтобы за­нять головы пролов чем-нибудь другим —_занять низшие семь­десят пять процентов американского населения и девяносто пять процентов мирового населения этнической и религиозной враждебностью  или  дебатами  о  сексуальных  большинствах. Если удастся отвлечь пролов от их собственной^безысходности с помощью созданных средствами массовой информациипсев-до-событий, в том числе происходящими время от времени ко­роткими и кровопролитными_войнами, тогда сверхбогатым будет нечего бояться. " Дэниэл Белл прав, когда, в статье с подзаголовком "Middle Class fears turn class wars into culture wars", говорит, что произошел "сдвиг от экономики к культуре в определении перегородок внутри общества". (See Danial Bell, / "The disunited states of America",Jime^UtararyJj^filejnmt,...iuias^l935, p. 16) Академические левые и "консервативные интеллектуалы" (например, авторы передовых статей для The Walt Street Journal) вместе содействовали осуществлению этого сдвига. 98 Размышление над этим возможным миром вызывает у ле: вых двоякую реакцию. Во-первых, нужно настаивать на умень­шении неравенства между нациями — в особенности на том, что северное полушарие должно делиться материальными ценно­стями с южным. Во-вторых, нужно настаивать на том, чтобы ка­ждое демократическое национальное государство стремилось препятствовать превращению своей  политической системы  в ,/ф'ар£>не позволяя принимать все экономические решения ры­ночным силам, поскольку это способствует обнищанию более низких каст. Эти два ответа очевидным образом конфликтуют друг с другом. В частности, первый ответ предполагает, что ста­рые демократии должны открыть свои границы, а второй — что 67 их следует закрыть. Первый ответ естественно обращен к интеллектуалам, кото­рые всегда были интернационально настроены. Второй ответ естественно обращен к__п£оф_союзам и маргинальным трудя­щимся, которыми легче всего пополняются ряды правых попули­стских движений. Члены профсоюзов наблюдали, как в США закрывалась одна фабрика за другой, только затем, чтобы вновь открыться в Словении, Таиланде или Мексике. Неудивительно " Конфликт между этими двумя ответами был хорошо проиллюстрирован на "семинаре-диспуте о труде", состоявшемся в Колумбийском университете 3-4 октября 1996 года. Орландо Паттерсон, известный историк рабства, доказывал, что для защиты американских рабочих границу с Мексикой рано или поздно нужно будет закрыть. Его прерывали вопросами вроде "А как же с рабочими третьего мира?". Черных ученых редко освистывает аудито­рия, состоящая главным образом из белых и левых студентов, но на этот раз так и случилось. Я подозреваю, что вопрос, поднятый Петерсоном, будет во­просом, который вызовет самые глубокие разногласия среди американских левых XXI века. Мне бы хотелось иметь какие-нибудь идеи по поводу раз­решения этой дилеммы, но у меня их нет. 4*                                               99 поэтому, что результатом международной торговли они видят экономическое процветание менеджеров и акционеров, не­большое повышение жизненного уровня рабочих третьего мира и существенное понижение уровня жизни американских рабо­чих. Не будет ничего удивительного, если они сочтут, что,амери-канская левая интеллигенция — на стороне менеджеров и дер­жателей акций, что они разделяют одни и те же классовые инте­ресы. Ведь мы, интеллектуалы, главным образом из академиче­ской сферы, достаточно хорошо ограждены, по крайней мере на ближайший период, от воздействий глобализации. Похоже, что порой мы гораздо больше интересуемся рабочими третьего ми­ра, чем судьбой своих собственных сограждан, что только усу­губляет ситуацию. Многие из пишущих о социально-экономической политике предостерегали, что старые индустриальные демократии всту­пают в период подобный Веймарскому, когда популистские дви­жения могут свергнуть конституционное правительство. Эдвард Люттвак, например, выдвинул вполне правдоподобное предпо­ложение, что в будущем нас захлестнет волна фашизма. Он счи­тает, что члены союзов трудящихся и неорганизованные неква­лифицированные рабочие рано или поздно поймут, что их пра­вительство даже не пытается защитить заработную плату от по­нижения, что оно не препятствует экспорту рабочих мест. При­мерно в то же время они поймут, что пригороды белых ворот­ничков, сами отчаянно боящиеся уменьшить свои габариты, не собираются позволить облагать себя налогами дабы обеспечить еще кого-нибудь социальными привилегиями. В этот момент что-нибудь даст трещину. Не-пригородныи электорат решит, что система потерпела неудачу, и начнет ози 100 раться в поисках сильного.человека, чтобы отдать за него свой голос — того, кто их заверит, что если он будет избран, самодо­вольные бюрократы, ненадежные адвокаты, слишком хорошо оп­лачиваемые торговцы  акциями  и  профессора-постмодернисты никогда больше не будут править бал. Затем может быть разыгран сценарий по роману Синклера Льюиса "Здесь этого не может слу­читься". Ибо если уж такой сильный человек возьмет власть, то дальнейшее   будет  уже   непредсказуемо.   Большинство   пред­сказаний 1932 года о том, что произойдет, если Гинденбург на-j значит Гитлера канцлером, были чересчур оптимистическими. Вполне вероятным может оказаться, что завоевания за по­следние сорок лет черных и коричневых американцев, гомосек­суалистов будут уничтожены. Шутливое презрение к женщинам вновь войдет в моду. Слова "ниггер" и "жид" станут снова слыш­ны на рабочих местах. Весь тот садизм, который академические левые стремились сделать неприемлемым для своих студентов, всплывет из глубин памяти. Вся обида плохо образованных аме­риканцев на выпускников колледжей, за то, что те диктуют им, как себя вести, выплеснется наружу. Причем такое возрождение садизма никак не повлияет на своекорыстные замыслы. Ибо после того, как мой воображае­мый сильный человек приступит к исполнению своих обязанно­стей, он так же быстро заключит мир с интернационалом сверх­богачей, как Гитлер с немецкими промышленниками. Он будет взывать к памяти славной войны в Персидском заливе, чтобы подтолкнуть к военным приключениям, дающим кратковремен­ное процветание. Он станет бедствием для страны и мира. Люди будут недоумевать, почему было оказано столь незначительное сопротивление его вовсе не неизбежному восхождению. Где, 101 будут задаваться они вопросом, были американские левые? По­чему только правые говорили с рабочими о последствиях глоба­лизации? Почему левым не удалось направить в нужное русло всевозрастающий гнев новых неимущих? Часто говорилось, что мы, американцы конца столетия, уже не имеем левого движения. Поскольку никто не отрицает суще­ствования тех, кого я назвал культурными левыми, постольку это равносильно признанию, что левые неспособны вмешаться в национальную политику. Это не те левые, от которых можно по­требовать заняться последствиями глобализации. Чтобы за­няться этими последствиями, сегодняшние культурные левые должны были бы трансформироваться, установив связи с остат­ками старых левых реформистов и, в особенности, с профсою­зами. Им следовало бы говорить гораздо больше о деньгах, пусть даже им придется говорить меньше о стигме. У меня есть два предложения по поводу того, как осущест­вить такое превращение. Первое состоит в том, что левые долж­ны объявить мораторий на теорию. Им следует попробовать отказаться от своей привычки к философии. Второе "— левым следует стремиться мобилизовать то, что осталось от нашей аме­риканской национальной гордости. Они должны поставить пе­ред общественностью вопрос: как может быть обретена страна Линкольна и Уитмена? В поддержку своего предложения позвольте мне процити­ровать отрывок из "Реконструкции в философии" Дьюи, где он выражает свое раздражение бесплодными дебатами, проходя­щими теперь под рубрикой "индивидуализм vs. коммунита-ризм". Дьюи считал, что все дискуссии, всерьез принимающие эту дихотомию I 102 "страдают от одного общего недостатка. Все они связы­вают себя с логикой общих понятий, под которую подго- L няются специфические ситуации. Нам же хочется понять того или иного индивида, то или другое конкретное че­ловеческое существо, тот или иной институт или соци-i | альный строй. При такой логике исследования традиции онно принимаемая логика замещается обсуждением зна|-чений понятий и их диалектических взаимоотношений друге другом..." Вполне правомерным было раздражение Дьюи социально-политической теорией, оперирующей на таком уровне абстрак­ции. Но он не прав, когда затем говорит, что восхождение к та­кому уровню абстракции является типичным для правых манев­ром, дающим "аппарат для интеллектуальных оправданий суще­ствующего порядка".68 Ибо теперь подобное восхождение более обычно для левых, чем для правых. Современные^щд^емические левые, видимо, считают, что более высокий уровень абстракций ведет к большему подрыву установленного порядка. Чем шире и новей ваш концептуальный аппарат, тем радикальней ваша кри­тика. Если кто-нибудь из сегодняшних академических левых го­ворит, что некая тема "подверглась неадекватной теоретической обработке", вы можете быть почти уверены, что он или она на-мерен/-а бродить в дебрях философии языка, лакановского психоанализа, или какой-нибудь версии неомарксистского эко­номического детерминизма. Левые теоретики считают, что рас- " John Dewey, Reconstruaction in Philosophy (The Middle Works of John Dewey, volume 12 (Carbondale, Illinois: Southern Illinois University Press, 1982)), pp. 187-188. 103 творение политических агентов в играх дифференцированной субъективности или политических инициатив в поисках лака-новского невозможного объекта желания помогают ниспровер­жению установленного порядка. Такое ниспровержение, говорят они, совершается посредством "проблематизации привычных концептов". Последние попытки ниспровержения социальных институ­тов с помощью проблематизации концептов произвели на свет несколько очень хороших книг. Но они же произвели много тысяч книг, которые представляют собой схоластическую философию самого дурного толка. Авторы этих, так сказать, "подрывных" книг искренне верят, что служат делу человеческой свободы. Но оказывается, что почти невозможно сползти с высот их книг на тот уровень абстракции, где можно обсуждать достоинства за­кона, договора, кандидата или политическую стратегию. Хотя то, о чем "теоретизируют" эти авторы, часто бывает очень конкрет­ным и осязаемым — например, современное телевизионное шоу, или знаменитость масс медиа, или недавний скандал — они предлагают самые абстрактные и бледные объяснения, какие только можно себе вообразить. Их тщетные попытки вдаваться в политически значимые философские рассуждения являются симптомом того, что про­исходит, если деятельный подход к проблемам своей страны замещается у левых созерцательным. Неучастие в практике по­рождает теоретические галлюцинации. Поэтому интеллектуаль­ное пространство становится, как говорит в своей книге "Царст­во террора" Марк Эдмундсон, готическим. Культурных левых часто посещают вездесущие призраки, самый страшный из них называется "властью". Это имя тому, что Эдмундсон назвал "при- 104 зрачной силой Фуко, которая присутствует везде и нигде, навяз­чивая и неуловимая, как изобретательное привидение."69 Термин "BjacTblj фукианском употреблении обозначает силу, которая оставила неизгладимый отпечаток на каждом сло­ве нашего языка и на каждом институте нашего общества. Она всегда уже здесь, невозможно установить, как она приходит и как действует. Посещение бэгмэном от корпорации офиса кон­грессмена может опорочить конгрессмена и, возможно, бло­кировать   его   выдвижение.   Но   невозможно   заблокировать власть, которую имеет в виду Фуко. Власть настолько же внутри, насколько она снаружи. Она ближе рук и ног. Как говорит Эд­мундсон, невозможно "противостоять власти; можно лишь стал­киваться с ее временными и, в общем, невольными агентами ... [у нее] есть такие способности к движению и трансформации, которые делают ее сверхъестественной силой". Лишь непре­рывный индивидуальный и социальный самоанализ сможет по­мочь нам, а может быть и он не поможет, избегать неограничен­но изощренных сплетений ее невидимой сети. Вездесущность фукианской силы напоминает вездесущ­ность сатаны, а поэтому вездесущность первородного Греха — дьявольского клейма на каждой человеческой душе. В первой своей лекции я доказывал, что отказ от концепта греха был сердцевиной гражданской религии Дьюи и Уитмена. Я также утверждал, что, будучи в ужасе от войны во Вьетнаме, американ­ские левые опять изобрели Грех. Они вернули к жизни старое религиозное представление о том, что некоторые пятна позора " Edmundson, Terror's Reign (Cambridge, Mass.: Harvard University Press,! J 1997). 105 неустранимы. Скажу больше: посвящая себя тому, что они назы­вают "теорией", эти левые заразились чем-то, что слишком по­хоже на религию. Ибо культурные левые пришли к убеждению, что мы должны поместить свою страну в пределы теоретической системы координат, расположить ее внутри обширной квазикос­мологической перспективы. Истории о сетях власти и о коварном влиянии гегемонист-ской идеологии значат для этих левых то же самое, что значили истории о ламанитах для Джозефа Смита, истории о Яккубе — для Элия Мухаммеда. Для многих культурных левых истории о гегемонии и власти — то же самое, что для черных мусульман истории о голубоглазых бесах — единственная вещь, о которой они хотят слышать. Вступить в интеллектуальный мир, населяе­мый некоторыми из этих левых, значит выйти из мира, в котором граждане демократической страны объединяют усилия для со­противления садизму и своекорыстию готического мира, в кото­ром демократическая политика превратилась в фарс. Это мир, в котором утрачена вся радость уитмианского гиперсекуляризма, в котором либерализм и "гуманизм" являются синонимами на­ивности вследствие своей неспособности постичь весь ужас нашего положения. В разных книгах я доказывал, что философы, чаще всего цитируемые культурными левыми — Ницше, Хайдеггер, Фуко и ( Деррида, — во многом правы в своей критике рационализма Просвещения. Но далее я также доказывал, что эта критика вполне совместима с традиционным либерализмом и традици­онным гуманизмом. Мы по-прежнему можем оставаться старо­модными либералами-реформистами, даже если подобно Дьюи, мы отказываемся от теории истины как соответствия и начинаем 106 понимать моральные и научные убеждения скорее как инстру­менты для достижения большего человеческого счастья, чем как репрезентацию внутренней природы реальности. Мы можем оставаться такими либералами, даже отвернувшись от Декарта, субъективности языка и рассматривая все вокруг и внутри нас как еще одну заменяемую социальную конструкцию. Но я также утверждал, что поскольку эти антиметафизиче-, ские и антикартезианские философы предлагают квазирелиги­озную форму спиритуального пафоса, их следует отнести к сфе-' ре приватной жизни, а не рассматривать как ориентиры в поли­тической   дискуссии.  Левинасовское   представление   о   бес­конечной ответственности, которое пускает иногда в дело Дер­рида, наряду с его собственными постоянными темами невоз­можности, недостижимости и непредставимости могут приго­диться некоторым из нас в индивидуальных поисках частного совершенства. Однако, если мы принимаем на себя публичные обязательства, тогда
Если Вам нужна помощь с академической работой (курсовая, контрольная, диплом, реферат и т.д.), обратитесь к нашим специалистам. Более 90000 специалистов готовы Вам помочь.
Бесплатные корректировки и доработки. Бесплатная оценка стоимости работы.

Поможем написать работу на аналогичную тему

Получить выполненную работу или консультацию специалиста по вашему учебному проекту
Нужна помощь в написании работы?
Мы - биржа профессиональных авторов (преподавателей и доцентов вузов). Пишем статьи РИНЦ, ВАК, Scopus. Помогаем в публикации. Правки вносим бесплатно.

Похожие рефераты: