Xreferat.com » Рефераты по культурологии » Ричард Рорти "Обретая нашу страну"
Ричард Рорти "Обретая нашу страну"
| индивидуалистическую риторику Америки XIX века. Такая риторика была главной опорой американских правых в течение всего нашего столетия, теперь же, совсем наоборот, трактуется так называемыми коммунитаристами как характерная черта либерализма. Но ни Кроули, ни Дьюи, ни лидеры профсоюзов не испытывают никакой нужды в том, что коммунитаристы называют "либеральным индивидуализмом". Кроули писал, что "для убежденных демократов в высшей степени социализированная демократия — это единственно осуществимая альтернатива демократии неумеренно индивидуализированной".4 Настало - время, утверждает Кроули, для выработки того, что он называет "доминирующей и конструктивной национальной целью". Приняв "ответственность за подчинение индивида этой цели", говорил он, "американское государство сделает себя в результате ответственным за морально и социально желаемое распределение материальных ценностей".41 С 1909 года и до сих пор, водораздел между левыми и правыми американцами определялся тезисом, что государство должно взять на себя ответственность за такое распределение. Нам, американцам, не нужен был Маркс, чтобы доказать себе необходимость перераспределения,
нам не нужно было говорить, что государство часто бывало чем-то большим, чем просто исполнительным комитетом богатых и сильных.
Для многих читателей, считавших Кроули убедительным, американский национализм стал неотличим от того, что они иногда называли "христианским социализмом", а иногда и просто "социализмом" — их наименование стремления создать кооперативное содружество, бесклассовое общество, в котором никто не лишался бы своего достоинства американского гражданина "трудом без всякой надежды на вознаграждение в этом мире". Как выразился Кроули, "в этой стране для разрешения социального вопроса требуется смена старой инстинктивно ощущаемой однородности американской нации на осознанный общественный идеал".42
Многие прогрессисты, никогда не мечтавшие о разжигании революции и не настаивавшие на национализации средств производства, были счастливы, называя себя "социалистами". За двадцать лет до Кроули, великий экономист из Висконсина Ричард Эли отождествил "Новый национализм" с " социализмом американского типа" и обратился к своей аудитории с призывом понять, что "классы наемных работников всех стран ищут в Америке воодушевления и примера".43 В своей книге "Социальные аспекты христианства" Эли доказывал, что промышленный капитализм создал "самый долгий и глубочайший кризис в человеческой истории".44 Он надеялся, что американские интеллек-
40 Ibid., р. 25.
41 Ibid., р. 23.
"Ibid., р. 139.
" Richard Т. Ely, Social Aspects of Cristianity (New York: Thorns Y. Crowell,
1889), p. 143.
В Ely, p. 137.
58
59
туалы сами ввяжутся в борьбу, чтобы дать массам то, что они хотели и заслужили.
Элдон Айзенах убедительно доказывает, что манифест Кро-ули от 1909 года подвел итог самому ценному из двух прошедших десятилетий, тому, что мы могли бы назвать сегодня "комму-нитаристской" критикой американского индивидуализма — критикой, осуществленной такими социальными учеными, как Эли и такими социальными работниками, как Джейн Аддамс. Эта критика создала то, что Айзенах называет переопределением американской идентичности "в националистических и истори-цистских терминах", девальвирующим "существующие конституционные, легалистские и партийно-электоральные выражения гражданства". Эта критика помогла заменить риторику индивидуальных прав риторикой братства и национальной солидарности, и эта новая риторика была широко распространена среди левых вплоть до 60-х годов.
Айзенах также показывает, как благодаря интеллектуалам-прогрессистам американские университеты стали, как он говорит, "чем-то вроде национальной 'церкви' — главным хранилищем и оплотом общих американских ценностей, общих американских значений и общих американских идентичностей".46 Эта новая церковь проповедовала, что Америка только в том случае сможет остаться верной себе, если она повернет налево — что социализм, в той или иной форме, был необходим для того, чтобы наша страна, ее правительство и ее пресса, не воспитыва-
Eldon Eisenach, The Lost Promise of Progressivism (Lawrence, Kansas: University Press of Kansas, 1994), p. 3. " Eisenach, p. 7.
лись бы богатыми и жадными. Священники этой национальной церкви говорили Америке, что она потеряет свою душу, если не посвятит себя "осознанному социальному идеалу".
Время подъема государственных университетов Среднего Запада как политической опоры перераспределительных социальных инициатив, совпало с первыми великими забастовками. Эти забастовки были примерами солидарности и товарищества в страдании, знакомыми американцам только по военным временам. Теперь они шли на жертвы и иногда умирали не для того, чтобы оградить Республику от политического раздела, но чтобы предохранить ее от разделения на нацию богатых и нацию бедных.
Подводя итог, я мог бы сказать, что лучше, если бы имена Карла Маркса и Владимира Ильича Ленина нашли столь же малый отклик у последующего поколения американских левых, как имена Герберта Спенсера и Бенито Муссолини. Но было бы еще лучше, если бы имена Эли и Кроули, Драйзера и Дебза, А. Филипа Рандолфа и Джона Л. Льюиса были бы больше известны этим левым, чем студентам шестидесятых. Ибо если каждое новое поколение было бы способно считать себя участником движения, которое существовало более столетия и хорошо послужило человеческой свободе, это во многом поддержало бы американские усилия в стремлении к социальной справедливости. Этому могла бы сильно помочь большая осведомленность студентов о большой угольной войне 1913-14 года и об утверждении законопроекта Вагнера™, а также и о марше из Селма", о демонстрациях свободы слова в Беркли и о Стоунуоле™. Каждое новое поколение американских студентов должно считать американских левых движением с длительной и славной историей.
60
61
Они должны быть способны, подобно Уитмену и Дьюи, смотреть на борьбу за социальную справедливость как на центральный момент нравственной идентичности своей страны.
Этому делу существенно помогло бы, если бы американские левые перестали задаваться вопросом о том, было ли стремление Вальтера Роузера""' обуржуазить рабочих автомобильной промышленности, объективно реакционным. Также было бы полезным, если бы они делали ударение скорее на сходствах между Малькольмом Эксом"1"" и Баярдом Растином*1"*, между Сьюзен Б. Антони и Эммой Гольдман, между Кэтрин Маккиннон и Юдит Батлер, чем на различиях между ними. Сектантские размежевания, мучившие марксизм, были проявлениями стремления к непорочности, с которым левым лучше всего расстаться.
Америка — это не страна нравственной непорочности. Такой страны никогда не было и не будет. Точно так же, ни в одной стране не будет нравственно чистого и гомогенного левого движения. В демократических странах вы добиваетесь своего посредством компромисса со своими принципами ради заключения альянсов с группами, относительно которых у вас есть серьезные сомнения. Левые в Америки добились больших успехов, поступая именно таким образом. Ближе, чем когда-либо, левые подошли к правительственной власти в 1912 году, когда горячий поклонник Уитмена Юджин Дебз, собрал почти миллион голосов на президентских выборах. Эти голоса сложились, по словам Дэниэла Белла, "как самый нестойкий раствор, составленный в ходе новой истории политической химии". Этот раствор, говорит Белл, был замешан на ярости от нищенских зарплат и скверных условий труда и на "пуританской совести миллионеров-социалистов, на мальчишеском романтизме Джека Лондона, на туск-
лом христианском благочестии Джорджа Херрона,... на безрассудном хвастовстве голливудского 'Дикого Билла' Хэйвуда,... на вялых порывах доброхотов в сфере социальной работы, ... на бурном неудовольствии фермеров, лишившихся собственности, на неартикулированном и аморфном желании рабочих иммигрантов 'принадлежать', на иконоборческом ниспровержении кумиров литературными радикалами ... и так далее".47
Те же самые фермеры, лишившиеся собственности, нередко бывали расистами, нативистами и садистами. Миллионеры-социалисты, которые хотя и были безжалостными магнатами-грабителями, все же создали фонд, финансировавший исследовательскую работу, которая помогла пройти левому законодательству. Нам нужно освободиться от марксистского представления, что только инициативы, идущие снизу и проводимые рабочими и крестьянами, которые каким-то образом настолько избавились от негодования, что не выказывают даже и следа предвзятости, могут привести к обретению нашей страны. История левой политики в Америке — это, собственно, рассказ о том, как смыкались инициативы сверху и снизу.
Левые инициативы сверху исходят от людей, которые, имея достаточно безопасности, денег и власти, тем не менее, обеспокоены судьбой тех, у кого их меньше. Примерами таких инициатив могут быть разоблачения скандальных дел журналистами, новеллистами и учеными: например, Ида Тарбел о Standard ОН, Аптон Синклер о положении рабочих иммигрантов на чикагских скотобойнях, Ноам Чомски о Государственном Департаменте и
" Bell Marxian Socialism in the United States (Ithaca: Cornell University Press, 1966), p. 45.
62
63
The New York Times. Другими примерами были законопроекты Вагнера и Норрис-Лагвардиа"™, такие романы социального протеста как "Люди бездны" и "Стаде Лониган", закрытие кампусов после американского вторжения в Камбоджу, решения Верховного Суда в делах Браун против Министерства Просвещения"" и Ромер против Эванса.
Левые инициативы снизу исходят от людей, которые, имея недостаточно безопасности, денег и власти, восстают против несправедливого обращения с ними и им подобными. Примеры — Пуллмановская забастовка, черное националистическое движение Маркуса Гарвея, сидячая забастовка на General Motors 1936 года, бойкот автобусов Монтгомери, создание Свободно-демократической партии Миссисипи, создание Цезарем Чавесом United Farm Workers и, наконец, Стоунуол.
Хотя обе разновидности инициатив укрепляли друг друга, люди снизу брали на себя риск и удары, они шли на большие жертвы и их иногда убивали. Но их героизм мог остаться бесплодным, если бы праздные, образованные, относительно свободные от риска люди не присоединились бы к этой борьбе. Забитые до смерти наемными бандами головорезов и линчующей толпой могли бы погибнуть совершенно задаром, если бы благополучные и надежно защищенные не подавали бы им руку помощи.
В этих кредитах не было героизма, они были необходимостью. Журналисты Льюса 1937 года, клепавшие фотографии избиения Национальной Гвардией бастующих рабочих United Automobile Workers на страницах Life, не брали на себя большого
64
иска.48 Телерепортеры также мало чем рисковали, когда направили свои камеры на собак и на стрекала Булла Коннора в 1961 году. Но если бы они не оказались там, если бы спокойные и состоятельные американцы не отреагировали на те кадры именно так, как они это сделали, тогда ни забастовка UAW против Форда, ни марш Свободы через Алабаму не принесли бы никаких плодов. Кто-то должен был убедить избирателей: то, что власть именует бессмысленной жестокостью на самом деле является героическим гражданским неповиновением.
Убеждение, что гигантское неравенство внутри американ-кого общества можно скорректировать, используя институты онституционной демократии — что кооперативное содруже-тво может быть создано посредством избрания подходящих олитиков и принятия правильных законов — объединяло во-руг себя американских левых не-марксистов со времен Кроули вплоть до начала 60-х годов. Но война во Вьетнаме расколола евых. Тодд Гитлин датировал начало раскола общим настроем евых студентов по отношению к тому, во что превратилась их трана к августу 1964 года. То был месяц, когда свободно-демо-ратическую партию Миссисипи лишили мест на съезде демо-ратов в Атлантик-Сити, и когда Конгресс принял резолюцию по онкинскому заливу"™.
Гитлин убедительно доказывает, что оба события "фаталь-ым образом изменили движение"49 и "провели четкий водораз-
06 этих фотографиях смотрите Lichtenstein, The Most Dangerous Man in Detroit., p. 85 (а так же с. 237 о роли периодических изданий Генри Льюса в повышении социального статуса профсоюзов трудящихся).
Todd Gitlin, The Sixties: Years of Hope, Days of Rage (New York: Bantam looks, 1987), p. 178.
3-337
65
'-Г
дел в среде Новых левых шестидесятых годов".5 До этого рито рика Новых левых была риторикой реформы и консенсуса. Затем она стала накапливать силы, чтобы во все горло выкрикнуть призыв к революции, которым и завершилось это десятилетие. Август 1964 года был началом конца традиции левого рефор мизма, восходящего к Прогрессивной эре. Есть причины, о кото рых я буду говорить подробнее в завершающей лекции, почему эта традиция так и не смогла полностью восстановить себя по еле шестидесятых годов.
Те, кто с восторгом принял революционный поворот Новых левых в конце 60-ых, предложили нам свой собственный взгляд на историю американских левых. Акценты и тональность этих взглядов восходят, главным образом, к работам К. Райта Мил лса"™1 и Кристофера Лэша"™. Мне кажется, что описание Амери ки середины века, пущенное в оборот этими двумя исследовате лями, следует заменить. Его следует заменить историей, которая воздала бы должное реформаторам и оставила, тем самым, больше места для национальной гордости и надежды. Сделан акцент на преемственности между Гербертом Кроули и Линдо ном Джонсом, Джоном Дьюи и Мартином Лютером Кингом, Юд жином Дебзом и Вальтером Роузером, я надеюсь напомнить вам о левых реформистах, которые заслуживают не только уваже ния, но и подражания. Я думаю, что это наиболее пригодная модель для американских левых в будущем столетии. Если ин теллектуалы и профсоюзы когда-нибудь смогут снова прийти к согласию, смогут воссоздать то левое движение, которое суще
50 Ibid., р. 162.
ствовало до сороковых и пятидесятых, тогда первое десятилетие XXI века может стать Второй Прогрессивной эрой.
Здесь я вкратце остановлюсь на причинах, которые убедили Миллса, Лэша и многих других левых шестидесятников порвать со старыми левыми реформистами: они правильно говорили, что война во Вьетнаме была злодейским преступлением, за которое американцы должны испытывать глубокий стыд; но, продолжали они, война во Вьетнаме — это просто последняя фаза антикоммунистической холодной войны; большинство людей в университетах, профсоюзах и демократической партии, называющих себя "либералами" или "левыми", являются антикоммунистами; поэтому, мы, выступающие против войны, должны создать не-антикоммунистическое левое движение.
Всякая попытка заменить оценку Миллсом-Лэшем истории левого движения после Второй Мировой войны должна начинаться с вопроса: верно ли, что война во Вьетнаме была злодейством, за которое Америка должна всегда испытывать стыд и означает ли это, что не следовало вести холодную войну? Этот «опрос будет обсуждаться до тех пор, пока живы представители левых моего поколения. Те из нас, кто, как и я, были воинствующими антикоммунистами, считают, что война против Сталина (>ыла такой же законной и необходимой, как и война против 1итлера. Некоторые из моих современников, такие, как Фредерик Джеймисон, до сих пор согласны с Ж.-П. Сартром, который творил, что он всегда был и
Если Вам нужна помощь с академической работой (курсовая, контрольная, диплом, реферат и т.д.),
обратитесь к нашим специалистам. Более 90000 специалистов готовы Вам помочь.
Бесплатные корректировки и доработки. Бесплатная оценка стоимости работы.
Нужна помощь в написании работы?
Мы - биржа профессиональных авторов (преподавателей и доцентов вузов). Пишем статьи РИНЦ, ВАК, Scopus.
Помогаем в публикации. Правки вносим бесплатно.